Читаем Двуявь полностью

- Ну и ладно, не вспоминай. Может, это вообще ничего не значит, просто кошмар дурацкий. Извини, что прицепилась с расспросами. Я ж любопытная, как сорока.

- Прекрати, чего ты оправдываешься? Сны - занятная тема, а такие - тем более. Можно сказать, кино посмотрел.

- Ага, ужастик бесплатный.

- Во-во. Четыре дэ, с эффектом присутствия.

Электричка, забирая всё дальше к северу, проскочила промзону и катила теперь через старые жилые кварталы. Пятиэтажки, окружённые тополями, тонули в жёлтом сиянии крон. Солнце, перескочив через рельсы, опять заглянуло в тамбур, но уже с другой стороны. Тоня смешно зажмурилась; её тонкий кожаный пиджачок, надетый сегодня по случаю хорошей погоды, заблестел нарядно и весело.

- Как думаешь, - спросила она, - когда они всё-таки позвонят? Скорей бы уж. А то не люблю вот так, когда ничего не ясно. Или, может, нас вообще в покое оставят?

- Честно говоря, с трудом верится.

И, словно в ответ на эту сакраментальную реплику, замурлыкал входящий вызов. Юра посмотрел на браслет и вздохнул - накаркал.

- Алло.

- Доброе утро, Юрий, - голос комитетчика звучал бодро. - Вы уже в Медноярске?

- Здравствуйте. Подъезжаю к вокзалу.

- Антонина с вами?

- Да, - буркнул он, несколько раздражённый такой догадливостью.

- Отлично, тогда у меня к вам просьба. Давайте втроём совершим короткую, но познавательную экскурсию. Обещаю, скучно не будет, заодно и поговорим. Не возражаете?

- Нет, - сказал Юра, попытавшись представить, как бы отреагировал собеседник, если бы возражения всё-таки появились. - Когда?

- Да прямо сейчас, лучше не откладывать в долгий ящик. Мне, конечно, немного стыдно, что я второй день подряд отрываю вас от занятий, однако подозреваю, что сами вы не слишком расстроитесь по этому поводу. В общем, жду вас через двадцать минут на стоянке перед нашей конторой. Улица Орджоникидзе, двадцать один. Знаете, где это?

- Гляну по карте.

- От вокзала - два шага, так что успеете. И Меньшову не забудьте. Увидимся.

Товарищ Фархутдинов отключился. Юра достал планшет и, вызвав карту города, сказал спутнице:

- Поздравляю, сегодня опять гуляем.

- Что он тебе сказал?

- Приглашает на конспиративную встречу. Наш связной - мужик в ватнике с незабудкой в петлице. Будет сидеть на лавочке и читать газету 'Сельская жизнь'. Если газета вверх ногами - явка провалена.

- Врунишка ты. Язык без костей.

Сойдя с электрички, они отделились от общей толпы студентов. Юру порадовался, что искомое здание находится по ту сторону железнодорожных путей. Глупо, конечно, но он не хотел, чтобы кто-нибудь из знакомых увидел его возле 'конторы'. Вот не хотел - и всё. Взбрык генетической памяти, не иначе.

Они прошли через прохладный гулкий тоннель и, снова выбравшись на поверхность, без труда отыскали нужную улицу. Комитетчики обитали в особняке дореволюционного вида с пилястрами и невинно-розоватыми стенами. Чаши спутниковых антенн смотрелась на этом фоне несколько диковато.

- Вовремя, молодцы, - Фархутдинов сбежал с крыльца. - Готовы к подвигам?

- Смотря к каким, - сказал Юра. - Так куда мы летим?

- Увидите. Не хочу заранее говорить, чтобы не разрушать впечатление.

Служебный аэрокар был серо-стального цвета - размерами он не превосходил обычную пригородную маршрутку, но имел более хищные очертания. Ассоциации с черепахой уже не казались столь очевидными, в облике появилась стремительность, ощутимая даже здесь, на стоянке.

- Прошу.

Дверь поднялась, как птичье крыло, и студенты забрались внутрь. Салон оказался меньше, чем в пассажирских моделях, задняя часть была отгорожена - там, очевидно, хранилось таинственное и зловещее снаряжение. Кабина пилота тоже скрывалась за переборкой, на которой крепился большой экран.

Кресло, где устроился комитетчик, помещалось впереди, вполоборота к остальным. 'Командирское место', - подумал Юра. Он очень живо представил себе, как во время миссии командир ставит подчинённым задачу, те напряжённо слушают, на экране мерцает карта с пометками, а в эфире звучат суровые голоса: 'Дуб, Дуб, я Папоротник, приём...'

- Поехали, Коля, - сказал Фархутдинов, нажав кнопку связи с пилотом.

- А далеко лететь? - спросила Тоня.

- Почти рядом. Пристегнитесь, кстати. Прыгнем по-быстрому.

Машина взмыла над улицей и, развернувшись к югу, стремительно набрала высоту. Город за окном опрокинулся, съёжился и тут же исчез из виду. Перегрузки не ощущались - работали компенсаторы, реализуя одно из волшебных свойств 'антиграва'.

Земля подёрнулась лёгкой дымкой, но облаков по-прежнему не было - спасибо антициклону. Ландшафты внизу казались искусно выполненным рельефным макетом. Пределы раздвинулись - справа блеснула черноморская гладь, а впереди Кавказский хребет засверкал ледяными шапками.

Юра смотрел, затаив дыхание. Он и прежде видел эту картину, но она всякий раз становилась для него откровением, наглядным и неоспоримым свидетельством, что он живёт в самом лучшем краю на свете.