Читаем Дворянин полностью

В Аничковом дворце его встретила суматоха. Николая на месте не было — он ускакал в Зимний, где должен был собраться Государственный совет на оглашение завещания почившего императора. Михаил, по всем признакам был там же. Как и Мария Фёдоровна. Ну если она уже прибыла из Гатчины, куда обычно переезжала на позднюю осень и зиму. До начала Святок, на которые она перебиралась под крыло к сыну-императору в Зимний. Он же решил туда пока не торопиться. Николаю явно сейчас не до него — фельдъегерь, принёсший весть о кончине Александра I сообщил, что ему лично никто задачу не ставил, вследствие чего он просто принёс извещение «по списку рассылки», так что вполне возможно Николай вообще не в курсе, что Данька уже прибыл. Так что есть время собрать информацию.

Чуть послонявшись по дворцу и собрав оную Данька двинулся к Александре Фёдоровне, отношения с которой у него были… ну такие. Потому что Николай и Михаил предпочитали приезжать к нему в гости на шашлыки в чисто мужской компании, так что эти поездки точно не добавляли жене Николая благоволения к его персоне. Но, как бы там ни было — урождённая Фредерика Луиза Шарлотта Вильгельмина Прусская была умной женщиной, к тому же железная дорога сразу произвела на неё впечатление, да и пользовалась она ею с момента появления в России довольно часто, при этом прекрасно зная кто именно спроектировал и построил её на самом деле, а не как это регулярно писали в европейской прессе: «Англичанин построил русским железную дорогу». Так что Данькину полезность она вполне признавала.

Едва Даниил вошёл в гостиную, где находилась будущая императрица со своими фрейлинами, как та, только заметив его, тут же вскочила на ноги и бросилась к Даньке.

— Mein gutter freund, Даниил,- пробормотала она, вцепившись в него руками и заливаясь слезами.- Прошу вас, спасите моего мужа! Не бросайте его. Не дайте ему погибнуть!

— Клянусь вам, Ваше Величество, я всегда буду рядом с ним,- твёрдо произнёс бывший майор, слегка удивлённый подобной реакцией. Впрочем, она была вполне объяснима — отношения с мужем у прусской принцессы были вполне себе хорошими, так что она очень переживала за него. Увы, несчастная судьба отца Александра I и Николая — императора Павла I исковеркала психику всей семье. И отказ от принятия престола Константином, формально оформленный вследствие морганатического брака последнего, в своей основе имел жуткий страх второго из братьев перед возможным дворцовым переворотом и собственной смертью в результате оного. Николай как-то, слегка расслабившись, рассказал Даниилу, что тот категорически отказывался принимать трон ещё до своего морганатического брака: «Не хочу быть задушенным, как задушили отца…» Вполне объяснимо, учитывая, что последние сто лет будущие императоры и императрицы чаще получали российский престол в результате переворота нежели путём законной передачи власти. Императрицы Елизавета, Екатерина II и сам ныне почивший император — тому лучшие примеры. Причём, Николай сейчас находился в позиции как раз законного наследника, какового во время любого из этих переворотов пришлось убить дабы заполучить трон.

Когда Данька прибыл в Зимний дворец и сумел-таки прорваться сквозь кордоны, потому как его напрочь отказывались пропускать, так что пришлось около часа околачиваться у оцепления из гвардейцев, пока он не увидел проходящего по двору Зимнего Милорадовича и не заорал, привлекая внимание… едва не получив за это прикладом в морду — Николая уже загрузили по полной. Он постоянно с кем-то встречался, общался, ругался… ну или выслушивал очередного собеседника с чуть ли не показным смирением. И бывший майор решил просто по старой памяти встроиться в этот круговорот. Потому что ждать от него какой-то ощутимой помощи в том, чем занимался новоиспечённый император было бесполезно — ну не его уровень от слова совсем. Так что Данька варил любимый капучино Николая, регулярно меняя чашки, приносил воду, молча накрывал на стол и убирал посуду, следил чтобы у него под рукой постоянно была свежая салфетка, дважды принёс ему свежую рубашку и помог переодеться, а один раз вытолкал взашей какого-то слишком ретивого господина… Кто именно это был — Данька не знал, но явно кто-то не из ближнего круга. Потому что ближних он знал всех. Но почему-то этот господин позволил себе вести себя так нагло.

Поздно вечером, когда Николай, шатаясь от усталости, добрёл до своих покоев в Зимнем — нет, не императорских, а тех, которые он занимал, когда по каким-то причинам квартировал у брата, и рухнул на кровать, Даниил молча стянул с него сапоги, помог раздеться и укрыл одеялом. Говорить о чём-то с новоиспечённым императором в таком состоянии было совершенно бесполезно…