Читаем Дворец полностью

Словом, Ши Хэй мог не спать ночами только из-за своего труда: обдумывать полученные сведения, часами листать книги, переживать, что его записи недостаточно полны и объективны. Как он сможет достойно ответить Бу Хуану? Ши же не сравнивал Чжи Гун-Ди и Ли Ху, а лишь описывал события.

Ученики постепенно стягивались в зал, рассаживались по местам. Пронырливый Ю сел чуть ли не перед самым столом. Ши Хэй невольно поежился.

Подошла госпожа Ван и еле слышно сказала:

— Рассказывайте, как рассказывали нам. Всё, что написали. Всё, как было.

Потом коснулась горла Ши Хэя. От неё шел горьковатый запах, почему-то напомнивший мастеру Ши о лекарственных травах, которыми когда-то пичкала его мать, хотя выглядела Ван Мэй вполне здоровой.

— Начинайте, — сказала она и вернулась на своё место.

— Гхм, — прокашлялся Ши Хэй, и его кашель прокатился по всему залу.

Сейчас встречи с самим императором в узком кругу казались не такими уж и страшными. Мастер Ши к ним уже привык. А тут две сотни юношей и девушек, неглупых, образованных, да еще и учеников Син Шидай, и все смотрят прямо на Ши.

— Я уже рассказывал о создании Академии, повторяться не буду. О подготовке к перевороту к сожалению, в дворцовых архивах ничего нет, а в архивы Академии меня не допустили, — он лихорадочно перебирал уже разложенные свитки и не мог отыскать нужный.

«В восьмой день восьмого месяца на четырнадцатый год под девизом „Справедливая добродетель“ император Чжи Гун-ди распорядился разместить третью армию под командованием генерала Чжена возле и внутри Киньяна. Солдаты должны были подготовить защитные сооружения, патрулировать окрестности и отслеживать признаки приближения лисы или ее волны».

Ши Хэй со страхом поднял глаза на учеников и понял, что его слушают. И слушают внимательно. Даже этот пытливый Ю пока молчал. Наверное, готовил вопросы на потом.

«Возможно, из-за введения армии люди в Киньяне заволновались, подумали, что лиса нападет в ближайшие дни, и началась паника. Были массовые попытки покинуть город, но их пресекли, закрыв ворота и выставив возле них вооруженных солдат с магами. Это было сделано не ради безопасности взбунтовавшихся. Императору было бы выгодно уменьшить количество горожан, которые не способны сражаться, — меньше ртов кормить. Это было сделано ради безопасности торговых караванов, которые каждый день входили в город. Не стоило кормить зверье беспомощными людьми. Животные должны были ощущать угрозу от любого человека, и караванщики с этим неплохо справлялись. Особенно караванщики „Золотого неба“.

Были также и погромы внутри городских стен. Нападали на чиновников в паланкинах, врывались в мелкие лавки, избивали тех, кто выглядел чуть богаче остальных. Были попытки напасть на торговые склады с оружием и провизией, но их пресекли при помощи солдат и охранников. Ходили слухи, что была применена магия. Один спасшийся бунтовщик рассказал, что люди словно уперлись в невидимую стену и не могли пройти дальше. Вокруг него то и дело падали сраженные невидимым оружием соратники, но не мертвые, а обездвиженные. И мощный мужской голос на полгорода прокричал: „Мы копили Ки для сражения с лисой! А теперь тратим ее на таких идиотов! Убирайтесь!“