— Поздравляю вас, коллега, с новым назначением, — потряс руку Ступину ошарашенный премьер-министр Егор Радар. — Уверен, мы с вами сработаемся. В случае возникновения любых форс-мажорных обстоятельств, твёрдо запомните главное — во всем виноват Арчибайс!

Вдалеке, с трёхногой табуретки встал проснувшийся аспирант Фёдор Ступин, незаметно выключил свой загадочный приборчик и подошел к столу:

— Егор Тамерланович, после вашего доклада осталась одна небольшая концептуальная неясность. Поясните, пожалуйста, механизмы реализации вашего метода дисконтирования в динамической модели вложения средств в финансирование инвестиционных проектов.

Экономист Радар в ответ с готовностью взял замусоленный и обгрызанный с двух сторон премьерский карандаш фабрики имени Красина и вновь склонился над контурными картами бывшего СССР. Подполковник Андрей Ступин подмигнул брату, звонко хлопнул себя по коленям, почесался и засобирался к выходу.

Очередное испытание торсионного генератора прошло успешно.

Жена в командировке

Москва всегда выгодно отличалась от Санкт-Петербурга купеческим размахом в стиле «арт-новю» и нескромно-открытым выговором буквы «а». К тому же, в Ипатьевской летописи справедливо утверждается, что город Москов был основан ростовосуздальским князем Юрием Долгоруким в субботу, четвертого апреля одна тысяча сто сорок седьмого года. Однако, не сказано — зачем? А дело в том, что князь Юрий на паях с популярным в народе новгород-северским демократом, князем Святославом Олеговичем, возмечтал тогда открыть в стольном граде первую на славянских землях международную таможню. Святое дело взимания пошлин за окрестную торговлю бобрами, соболями, безразмерными лаптями, пенькой и мёдом принесло князьям-пайщикам столько дохода в серебряных гривнах, что Москву всего через тридцать лет дотла сжег рязанский князь Глеб. От зависти. Так в Москве закрепились две славных традиции: успешно торговать и опасаться приезжих завистников. «Понаехало вас тут», — с тех пор шепчут москвичи в адрес рязанцев, угличей, питерцев и прочих неместных, без прописки и временной регистрации.

Блестящая Алина Арбузова-Ступина критически подзадержалась в столице. По приглашению общественного совета Культурной Элиты России (КЭР), она задержалась в Москве на недельку-другую, чтобы отдохнуть от грязноватого нищего Петербурга и заняться благотворительностью. Мгновенно наладив необходимые связи, Алина запустила несколько поистине замечательных проектов. А именно: во-первых, начала всенародную кампанию борьбы против взаимных пересадок органов между домашними животными; во-вторых, поддержала Объединенный Совет Детских Домов России (ОСДДР) в приватизации магазина «Детский Мир»; в-третьих, организовала почётный детский караул «У чекиста» на Лубянской площади вокруг постамента снесённого памятника Ф.Э.Дзержинскому; в-четвёртых, провела среди ночных путан Тверской улицы блиц-опрос на тему «Что я дала народу?» и, в-пятых, выступила с инициативой переноса праха Инессы Арманд из кремлевской стены на историческую Родину — в Париж. Деятельность Алины настолько понравилась москвичам, что лидер Либерально-Патриотической Народовластной Партии (ЛПНП) Вольф Маргариновский предложил ей возглавить фракцию «Женщины — Тоже Люди» в Государственной Думе. И она, не долго думая, отказалась.

Лучшие представительницы прекрасной половины бомонда столицы, а именно — балерина Анастасия Облачкова и светская львица Ксения Кошак — наперебой зазывали Алину на чашку чая. Но Алина никак не могла решить, чьё именно приглашение принять первым. Поэтому коротала время между учредительными совещаниями лиги профессионального женского рестлинга «Укус в пах» и торжественным открытием подземных ночных дискотек для транссексуалов и трансвеститов. Столица России очень понравилась Алине, даже в сравнении с её любимым безбашенным городком Лиффордом, расположенным в точности на границе между Северной Ирландией и Республикой Ирландия. Несмотря на страшный голод и неимоверные лишения, выпавшие на долю простых москвичей во время перестройки, ускорения и после, они щедро угощали Алину коллекционным французским шампанским «Дом Периньон Кюве Розе» под адриатические устрицы, а также блинчиками с красной икрой и домашними расстегаями. Кроме того, абсолютно все её новые московские знакомые были, как минимум, членами клуба «Ла Коста», поэтому наизусть помнили температуру морской воды на Тенерифе в прошлую субботу. Привыкшая в Европе и Петербурге закусывать в гостях дешёвыми подростковыми чипсами под диетическую кока-колу, Алина решила, что москвичи — очень щедрые люди, раз отдают ей последний кусок на пороге неминуемой коллективной гибели от демократических реформ.