Читаем Двое для трагедии полностью

Вчера, в парке, я понял, что Вайпер не просто небезразлична мне, но что я люблю ее, что не могу прожить и дня без ее голоса, без того, чтобы увидеть ее, коснуться ее руки, ее волос. Как быстро я пал.

Когда мы расстались с Вайпер, я приехал в замок, окутал салон авто и себя порцией купленного пять минут назад освежителя воздуха и поднялся в зал. Все мои мысли были в укрытом опавшей листвой парке, где я обнимал Вайпер, держал ее ладони в своих, слушал ее дыхание, прикасался к ее прекрасным мягким волосам… А потом я оказывался рядом с ее домом, в воспоминаниях о том, как она уходила, как слышались ее шаги на лестнице, и как зажегся свет в ее окне.

Ночь прошла мучительно долго, но я провел ее на балконе своей комнаты, укрывшись от всех, наслаждаясь своими мыслями и с нетерпением ожидая, когда наступит рассвет. А ведь до этого дня я его ненавидел.

Когда Вайпер вышла из дома, сияя своей ангельской улыбкой, в распахнутой черной кофте, я был вознагражден за все. Рассеялись все мои страхи: страхи того, что она не поднимет трубку или не выйдет ко мне – все они разбились об эту улыбку, чтобы увидеть которую, я ждал всю эту невероятно долгую осеннюю ночь

Я поцеловал ее руку – это казалось мне самым сильным объяснением в любви, и я просто не знал, как поступают в современности. Я жил мнениями и этикетом прошлых веков. Возможно, Вайпер посчитала меня странным.

Сейчас она сидела рядом со мной, в автомобиле, и я знал, что так и должно было быть: она должна быть только со мной, а я – с ней. Когда она была рядом, я чувствовал себя полноценным и живым. Своим присутствием она заставляла меня быть счастливым, даже не говоря мне ни слова. Раньше я просто существовал и лишь сейчас узнал, что такое жизнь и как она прекрасна. Только сейчас, только с ней. Я понял для чего жил все эти мучительно-долгие годы: чтобы дождаться Вайпер.

Мы молчали. Я не знал, как начать разговор, и она, вероятно, тоже.

– Седрик, – вдруг тихо сказала Вайпер, нарушив наше тягостное молчанье.

– Да? – Я был безумно рад услышать ее голос.

– Ты позанимаешься со мной сегодня?

– Конечно. Не волнуйся, ты сдашь экзамены на отлично, – с улыбкой сказал я, желая, чтобы тень, легшая на ее чело, улетучилась.

– Мне так не кажется. Я думаю, что… – Она вздохнула. – Что мне будет очень тяжело сдать физику.

– Поверь, ты будешь понимать ее лучше, чем сам преподаватель. Я умею объяснять.

– Я знаю, – усмехнулась она. – Только тогда я ни слова не поняла.

– Тогда я вел себя как свинья, и это отвлекло тебя от физики, – поморщившись, напомнил ей я.

– Да уж, – с усмешкой сказала Вайпер. – Но, забудем об этом: мы оба были неправы.

– Ты лукавишь и стараешься выгородить меня, – усмехнулся я.

– Я просто пытаюсь быть объективной! – возразила она и посмотрела на меня таким сияющим взглядом, что я чуть не упустил руль.

– Не волнуйся, все будет хорошо. Ты сдашь. Я уверен в тебе, – с улыбкой подбодрил ее я.

– Только я сама в себе не уверена.

– Так не пойдет: ты тоже должна быть уверенной и поверить моим словам. Я никогда не ошибаюсь, – самодовольно сказал я.

Вайпер улыбнулась.

Я не знал, как обращаться к любимой, но не называть же ее постоянно только по имени. Я слышал, как обращаются друг к другу влюбленные смертные: «котик», «зайчик» и все в том же духе. Но все эти прозвища казались мне жутко пошлыми и недостойными касаться Вайпер. Она заслуживала намного большего, чем эти банальные обращения. У меня не было опыта в красивых словах и фразах. И теперь мне было неловко осознавать свою некомпетентность в этой сфере.

– После пар сядем в библиотеке и подтянем твою физику, – сказал я, уже предвкушая эти счастливые часы.

– У меня сегодня четыре пары, – сказала Вайпер. – Я освобожусь раньше.

– У меня тоже четыре пары, значит, можем встретиться сразу после пар.

На самом деле, у меня было не четыре, а три пары, но я с удовольствием был готов подождать ее. А солгал я потому, что уже немного изучил ее характер и понял, что малейшее ожидание или безвозмездная услуга принимается ею слишком тягостно.

– Отлично, тогда встретимся там, – ответила она на мое предложение.

Мы заехали на стоянку университета. Припарковав авто, я вышел из него и открыл дверцу для Вайпер. Она с удивленной улыбкой посмотрела на мою протянутую ей руку, но приняла ее без колебаний.

«Почему она так удивляется? Неужели в этой эпохе женщины настолько самостоятельны?» – невольно подумал я.

Вайпер поправила свою кофту и посмотрела на меня.

– Пообедаем сегодня вместе? – предложил я.

Вайпер вдруг густо покраснела, и только сейчас я понял причину ее неловкости: она стеснялась. Я оглянулся вокруг и увидел удивленные взоры студентов, наблюдавших за нами. Мне нужно было рассеять ее страх и помочь ей перебороть стеснительность. Я взял руку любимой и мягко притянул Вайпер к себе, пытаясь защитить ее от любопытных взглядов. Она покраснела еще больше.

– Прости, я чувствую себя так неловко! – прошептала она.

– Не обращай внимания на этих людей – им просто нужен новый повод для сплетен, – тоже прошептал я.