Читаем Дважды коронован полностью

Торговец Кун едва выжил после рэкетирского наезда. Бандиты вывезли его в лес и реально подвесили за яйца. Это был акт устрашения для всех китайцев, обосновавшихся на репчинском рынке. А их уже немало, и с каждым днем становится все больше. Целая улица у них на барахолке из металлических контейнеров, откуда они торгуют и где живут. Чайна-таун в миниатюре.

А по соседству вьетнамцы обосновались. И там уже своя мафия проклевывается. Гобой держит руку на пульсе. Хоть и трудно с этим народцем работать, но все-таки есть среди них информатор. Сложно было его найти, но у Гобоя большой опыт по части разведки и штат немалый. Даже из бывшей госбезопасности специалист есть.

И среди китайцев тоже стукачок имеется. Если бы не он, висел бы сейчас Кун в лесу на растянутой мошонке. Но нет, сняли его, откачали, а его палачей за жабры взяли, в этот самый ангар притащили да пальцы переломали. А потом бригадир Чжан объявился, за пацанов хотел спросить. Неужели он думал, что за рынком лохи смотрят?

– Жилан собой торгует, Ксия, – со снисходительной насмешкой сказал Мартын. Вужоу травку толкает... Все мы знаем, Чжан. Не думай, что все у вас закрыто.

Факты – убойная вещь. Трудно воевать с противником, который все знает. Трудно и опасно. А если он еще и сильный, то лучше склонить перед ним голову. Что Чжан и сделал.

– Ищи другой рынок, там и работай, если сможешь. А здесь тебе делать нечего, – заключил Мартын. – Ты меня понял?

Китайцы все поняли. Уходили они с опущенными головами, как побитые собаки.

«Мерседес» заехал прямо в ангар, на переднем сиденье, рядом с водителем, – Гобой. Спартак и Мартын расположились сзади. Нельзя всех собирать в одну машину, но что-то не хотелось им ехать порознь, тем более что путь не самый близкий. Они собирались съездить на Волчьи озера, что в десяти километрах от Репчинска. Там, в сосновом бору, достраивался коттеджный поселок.

– Смотрю, дракончики хвосты поджали, – насмешливо заметил Гобой.

– Ну, так медведь на ухо наступил, – хмыкнул Мартын.

Спартак хорошо помнил, как ликовал, когда брал верх на разборках два-три года назад. Сейчас он тоже праздновал победу, но как-то тихо, буднично. Глядя на него, можно было понять, что сегодняшняя стрелка с китайцами – просто рутина.

– Я слышал, китайцы фабрику хотят открыть, подпольную. Будут просить у нас, чтобы место дали. Но пока все в зачаточном состоянии, – продолжал Гобой.

– На месте шмотки хотят шить?

– Ну да, у них это без проблем. Они в своих контейнерах этим занимаются, но там не развернешься. А если фабрику поставить, толку будет больше. Место на торговом дворе есть, можно ангар поставить, они туда прямо из своего Чайна-тауна будут заходить.

– А нам что с этого? Что за аренду склада берем, что за аренду фабрики. Но там как бы законно, а тут чистый контрафакт. Зачем нам этот геморрой?

– Ну, где-то законно, а где-то контрабанда.

– А мы откуда знаем, контрабанда это или нет? У нас что, таможня здесь или рынок? А контрафакт – это уже чистое палево.

– Можно и здесь дурака включить. Сдали китайцам под склад, а они шить начали... Откуда мы знали, чем они там занимаются?

– А какой нам резон?

– Двадцать процентов от реализации контрафакта, помимо платы за место. Лимонов десять чистого навара, может, и больше.

– Надо обсосать вопрос...

Эскорт выехал с рынка через восточные ворота, прошел мимо асфальтированной площадки, где стройными рядами стояли автобусы. Челноки ехали на репчинский рынок со всей страны, товар уходил отсюда не только в розницу, но и мелким, а порой и крупным оптом. Цены здесь чуть пониже, чем в Москве, ассортимент солидный, а еще гостиница для челноков есть, там и переночевать можно, и с девочками время в сауне провести. Так что репчинскую барахолку можно считать рынком федерального значения.

Деньги здесь крутятся огромные, потому и вьется всякое воронье. И волчьи стаи кружат, и шакалье всякое подвывает. И подставить Спартака могут, и убить. Сколько раз уже пытались убить! И кости ломали, и стреляли, и даже ядами травили. Непросто приходится Спартаку, без охраны никуда, но ведь он сам выбрал такую жизнь. К тому же сила у него есть, чтобы отбиваться, и авторитет в определенных кругах, и связи во властных структурах. Своя охранная фирма, а это больше полусотни бойцов. Причем не просто охранники откуда ни попадя, а реальная братва, готовая стрелять, резать и убивать во имя общего дела.

Автовокзал остался позади. Скоро он вообще может исчезнуть. В областную администрацию уже поступила заявка на этот участок, какие-то деятели захотели здесь строительный рынок организовать. Правда, ничего у них не выгорело, потому что этот и другие пустующие участки вдоль Кольцевой застолбил за собой Спартак. На правах аренды. И строительный рынок поставит он сам. И еще торговый комплекс можно построить... В общем, планов громадье, лишь бы только жизни хватило их осуществить.

– Что там насчет «Витязя»? – поинтересовался он.