Читаем Два рейда полностью

Оказать помощь раненому, сделать операцию и извлечь из тела осколок или пулю — это еще не все. Главное выходить, поставить на ноги, вернуть в строй бойца. Защитить раненых от врага. Эту задачу с честью выполняли санитарки и няни. Вообще надо доброе слово сказать о всех наших женщинах и девушках. Не было ни одной партизанки, будь то разведчицы, автоматчицы или пулеметчицы, которая бы не приняла горячего участия в уходе за ранеными. Это и Проня Новикова, и Аня Василец, и Галя Кваша, и полька Мария, и многие другие. Все они недосыпали, порой голодали, а о раненых проявляли теплую заботу: ухаживали за ними, стирали белье, готовили пищу, наконец, лаской и нежным словом согревали сердца и облегчали страдания раненым.

Из фашистского плена бежал военный врач Иван Маркович Савченко. Он заменил заболевшую Надежду Казимировну. Но в Карпатах погиб, защищая раненых от фашистских палачей.

Партизанский быт заставлял врачей, фельдшеров, медсестер лечить не только партизан, но и местных жителей, бороться с эпидемиями тифа, свирепствовавшего во многих селах, оккупированных немцами.

Врачей было мало. Санитарное дело в полках поручалось военным фельдшерам — Михаилу Михайловичу Горелову, Николаю Соколу, Михаилу Андреевичу Никитину, Елисееву. Им приходилось даже делать сложные хирургические операции. И они успешно справлялись с этой трудной задачей.

Мне часто вспоминается такой случай.

Однажды соединение на марше вступило в бой с гитлеровцами, преградившими путь. Вскоре принесли тяжелораненого партизана. Нужна была срочная операция. Решился Михаил Михайлович Горелов.

Операцию пришлось делать прямо на тачанке при свете карманных фонарей. Помогала ему жена — медсестра Лена. Операция прошла удачно. И только была закончена она, как колонна возобновила движение.

— Как ты решился? — спрашивали после партизаны Горелова. — Ведь могли двинуться прежде, чем ты справился бы с операцией.

На это Горелов ответил:

— А что делать? Нельзя же упустить хоть малейшую возможность для спасения жизни. Ну, если бы не успел, пришлось бы задержаться и докончить, — Михаил Михайлович подумал и добавил: — Знаете, если бы мне в мирное время предложили такую операцию, честное, слово, ни за что не согласился бы…

Врачей и военных фельдшеров партизаны называли «партизанскими докторами», подчеркивая этим, что им они доверяют свою жизнь.

Как-то к нам в соединение прилетел врач Скрипниченко. Это — опытный хирург. Он не только лечил раненых, но и находил время для научной работы. Накопил массу материала по военно-полевой хирургии…

Большинство врачей и фельдшеров приходили к нам из числа окруженцев и бежавших из гитлеровского плена.

Из таких был и Мирослав Зима. Доктор Зима в отряд вступил в августе 1943 года, в Черном лесу Станиславской области, при возвращении группы Вершигоры из Карпат. Он три дня колесил вокруг партизанского лагеря, присматривался, пока его не задержали на заставе.

Когда разведчики привели невысокого, лысого, с венчиком рыжих волос ка голове и такими же рыжими усиками, с добрыми и пытливыми глазами человека, Вершигора внимательно посмотрел на нежные руки и интеллигентное лицо задержанного и сказал:

— Здравствуйте, доктор!

— День добрый, — ответил тот недоуменно.

— Садитесь.

Задержанный посмотрел вокруг, ища стула, на который предлагают садиться, и, не найдя, аккуратно присел на траву под сосной. Вершигора улыбался и продолжал молча рассматривать незнакомца. Тот не вытерпел и заговорил:

— Я действительно доктор, Мирослав Зима. А как вы догадались?

— Это не трудно, — ответил Вершигора. — В лесу ребята задержали повозку с продуктами и медикаментами. По вам видно — интеллигент. Я и решил, что вы доктор.

— Это так. Я прошу пана полковника вернуть все это. В лесу еврейские семьи. Много больных…

— Медикаменты вернем. Что же касается огурцов, колбасы и спирта, то вряд ли что осталось. Хлопцы, наверно, все прикончили.

Вершигоре принесли котелок с супом.

— Ложка есть? — спросил Петр Петрович доктора. — Садитесь обедать.

Доктор подсел к котелку и за обедом рассказал о себе.

Задолго до войны Мирослав Зима окончил медицинский факультет Пражского университета. Занимался частной практикой в Польше и Западной Украине. Война застала его в Станиславе. Фашисты взяли на учет всех евреев и создали гетто. Зима решил бежать. На последние деньги купил револьвер и хотел подготовить запас продуктов, но не успел. Узнал, что гитлеровцы хотят расстрелять евреев. Зима с несколькими семьями бежал. Долго скрывался в Черном лесу. Установил связь с жителями города, получал от них медикаменты и лечил больных. Там его и встретили партизаны.

— Поступайте в партизаны, нам нужны врачи, — предложил Вершигора.

— Мы, врачи, призваны не убивать, а лечить, делать людям добро, — ответил Зима.

— Если эти люди заслуживают добра. По-вашему, выходит, нельзя убивать фашистов. Они уничтожают безвинных детей и женщин, а мы должны их по головке гладить? Что плохого немцам сделали вы и ваши товарищи, что они уничтожают всех евреев поголовно?

Зима долго молчал, не находил, что ответить.