Читаем Два провозвестника полностью

Конечно, примириться с несправедливостью раз и навсегда нельзя, но на то и природа, на то и природа вещей, чтобы считаться с нею всегда и везде, не исключая проблем социальных.

* * *

Вот уже лет двести - триста, начиная чуть ли не с Петра Первого, даже раньше, лишь с краткими перекурами, Россия, при своем-то консерватизме, при своей застойности, только и делает, что перестраивается. Опыт Европы нам нипочем, последовательность перестроечных мероприятий - нипочем, с революциями опаздываем больше чем на век и тогда наверстываем, но опять-таки - по Чаадаеву: идем вперед по какому-то косвенному пути, не ведущему к цели.

Весь мир насилья мы разрушим

До основанья, а затем

Мы наш, мы новый мир построим,

Кто был ничем, тот станет всем.

Интернационал пришел к нам с Запада. Но там побаловались и бросили. Ленин же всерьез заимствовал у Запада не столько культуру, сколько отбросы культуры, то, что шло там на свалку (привычка сохранилась у нас по сей день).

И это при том, что в 1891 году, в год своей смерти, Константин Леонтьев предупреждал: России не миновать социализма, но это не вся беда, вся будет при выходе России из социализма.

* * *

Еще ни одна теория познания, даже самая современная, ни одно гносеологическое открытие, ни одна политика не открыли в нас чего-то принципиально нового, таких мыслительных, нравственных и духовных качеств, которые в свое время не обнаружили бы в человеке Библия, Коран, Конфуций, Будда, Магомет.

И как это они сумели? Без инструментария и лабораторного оборудования, без библиотечных каталогов, без институтов общественного мнения, без компьютеров? Без служб информации, которые связывают между собой исследователей в различных точках земного шара? Науки, всесторонне развиваясь, пришли к выводам, исходным для религий: судьба человечества зависит от тех нравственных основ, которыми дано обладать человеку. Выдающийся гуманист, ученый и музыкант Альберт Швейцер так и сказал: сущность религий - этика.

Этика должна быть одной для всех независимо от своего происхождения научного, религиозного или бытийного. Вот где действительно требуется единство!

* * *

Владимир Иванович Вернадский, по-ньютоновски гениальный человек, обладал этим единством. Он и стал пророком ноосферы, эпохи, когда человеческий разум наконец-то выйдет на уровень процесса природно-космического, сольется с ним, прежде всего - с процессом геологическим. А тогда и осуществится создание мощного культурного слоя, почвогрунта. Такого, на котором может и дальше произрастать человечество человечество, вновь вернувшееся к природе, отбросившее свою над- и антиприродность.

Могут ли быть у науки возражения против варианта Вернадского? Другое дело, что и тут не обходится без сомнений - "возможно ли?".

Доживи утопист-нигилист Ленин до этого понятия - "ноосфера", он безотлагательно поручил бы дело председателю первой в мире плановой комиссии товарищу Глебу Максимилиановичу Кржижановскому, инженеру с дореволюционным партийным стажем.

И вообще Ленин тотчас зачислил бы ноосферу по ведомству большевизма-коммунизма. Продолжая дело Ленина, Сталин перепоручил бы ее Лаврентию Берии, ведь Берия уже был главным исполнителем великого сталинского плана преобразования природы. Без бериевских ГУЛАГов - какие в пятилетках могли быть планы?

* * *

Нынешний неокоммунизм объявляет себя ненасильственным - он мирный, он за ленинизм в самой его что ни есть (небывалой?) чистоте, он единственный, кто голову готов положить за интересы трудящихся.

Что за привилегия? Существует ли какая-то партия, которая объявила бы, что она - против интересов трудящихся?

Исключим из ленинизма насилие - что от него останется? Тот меньшевизм, который Ленин сначала осмеял, а потом расстрелял (заодно с "попами")? Если нынешние коммунисты отрекаются от насилия, тогда они перестают быть ленинцами, тогда они ненавистные Ленину плехановцы и бернштейнианцы. Тогда они и в "Бесах" должны увидеть себе предостережение. Но они идут по ленинскому пути: инсценируют мир, готовясь к войне.

Мирный коммунизм невозможен, это доказали Маркс и Энгельс теоретически, Ленин и Сталин - практически.

* * *

Может быть так: для нашего спасения нам необходим не столько прорыв в космос, сколько возвращение к истинам, известным человечеству на заре его существования. Достоевский это знал, но и у него дело не сложилось с государством-Церковью.

Однако же сомнения Достоевского углубляют наше духовное существование. Без Ленина нам было бы лучше (сколько бы жизней сохранилось!), без Достоевского и нам было бы хуже, и мы были бы хуже.

Ленин нас обеднил, сузил наши и без того не бог весть какие масштабные представления о самих себе. В ленинизме антиприродность человека реализуется едва ли не полностью.

Достоевский нас обогатил, на руках его крови нет и не могло быть. А этого-то "не могло" нам и не хватает.

* * *

В то же время это было бы не по Достоевскому - в Достоевском не засомневаться.

* * *