Читаем Душа Запада полностью

Но речь о другом. В тот самый день, как мы с Мораном ездили за яблоками, вышло странно. Был намечен общий обед для нас и западников, но прежде папа с Коссом уединились для совета. Двое мечников стояли на страже у дверей, поскольку в доме чужие. Меня они впустили без спроса, я влетела в кабинет. Хотела поскорее рассказать про утренние гонки. Знала, отец пожурит, но и порадуется тоже: ведь я обскакала Морана, а он, говорят, лучший воин графства Рейс. Распахнула дверь, вбежала, раскрыла рот - и не сказала того, что собиралась. Увиденное сбило меня с мысли: отец дернулся и быстро накрыл одну бумагу другой. Будто не хотел, чтобы я увидела! Но с чего бы? Какая беда, если увижу?!

- Чего тебе, доча?

- Я рассказать хотела... но... вижу, ты занят...

Затянула паузу в надежде. Думала, он ответит: "Да, вот, одно занятное письмецо получил. Хочешь послушать?" И прочтет вслух про какой-нибудь новый закон или ссору лорда В с лордом С, а я мигом выкину из головы. Но он ничего такого не сказал, а только ждал и прижимал ладонью бумагу. Я видела лишь клочок: то был краешек карты. Какая земля - не разобрать по очертаниям. По размеру ясно, что карта занимала не весь лист; ниже нее, наверное, шел какой-то текст.

- Прости, что отвлекла. Я позже расскажу.

- Ничего, не беда.

- Принести вам чего-нибудь?

- Нет, благодарствую.

Я вышла, у двери задержалась, задумалась. Охранники и тут ничего не имели против. Они понимали: я слышу кое-что сквозь дверь. Но это же я, любимица и кровиночка, мне все можно слышать.

И я разобрала, как отец сказал:

- Это в корне все меняет. Нужно сообщить герцогу...

Лорд Косс ответил:

- Но и с дикарями есть о чем поговорить.

Потом они снизили голоса, и ничего больше я не слышала.

* * *

Ты меня отравила. Знаешь об этом?

Я влюблялась много раз - и всегда пела от радости. Всякий раз - новый огонь и новая жизнь! Будто солнце горит новым светом! Мне казалось: просто так живу одну жизнь, а когда влюблена - то сразу две. Всего вдвое: сил, чувств, счастья, крови в жилах! И никогда не спрашивала себя: зачем я влюбляюсь? Каков смысл? В чем подвох? Никогда - до тебя.

Я ощутила в себе яд тогда, за обедом. Моран смотрел на меня: глаза - как небо в полдень... Меня бросало в жар, а сердце неслось галопом. Это было так приятно - будто скачешь во весь опор по степи! Живешь во всю прыть, дышишь чистой свободой!

Как вдруг змейка холода стекла по спине, и я подумала... Черт, я подумала твоим голосом! Верь или нет - твоим!

- Опомнись, южанка. Зачем он очаровывает тебя, а? В чем смысл?

- Какая разница? - огрызнулась я. - Что плохого, если влюблюсь? Беды бывают от жадности, жестокости, от войн и интриг... От любви - никогда!

Но я уже видела второй смысл, и под языком была горечь, а в груди - песок. Послы графства Рейс приезжают говорить с Литлендами. Кичатся, играют мускулами, хвалятся доблестью, но это - внешность. А суть та, что им очень нужно договориться с лордом Литлендом. А лорд Литленд - опытнейший политик, десять лет просидел в Палате, со всею столицей в друзьях... Зато у лорда Литленда есть доча. Кровиночка, любимица... Через нее и до папочки можно дотянуться.

Больше я не смотрела в синие глаза. Что-то там ела и о чем-то думала. Скажи, ты всегда это видишь - то, что лежит ниже? Боги, как ты живешь?! Как тебе удается не выть от тоски?!

Краем уха я слышала разговоры. Отец и Косс держались жестче вчерашнего:

- Желаете говорить, господа шаваны? Говорите, мы слушаем с полным вниманием.

Послы Рейса даже растерялись. Они ожидали предложений от нас, по привычке веря в свою силу. Но теперь отец говорил с позиции превосходства: мол, желаете договориться - заинтересуйте меня. Видимо, та самая бумага с отцовского стола давала нам некое преимущество. Вдвойне удивительно: почему он скрыл ее от меня?..

Когда представилась возможность, я ушла поговорить с Луной. Поведала о гонках и о себе, о чувстве с подвохом... Сказала, как это мерзко - будто яблоко, побитое червем. Сказала о тебе... Луна смотрела умно и не отвечала, лишь давала себя гладить. Но когда я помянула тебя, она несколько раз моргнула и качнула головой.

- Ты не согласна?.. - удивилась я. - Но с чем? Думаешь, нет подвоха?

К сожалению, с подвохом Луна соглашалась. "Не верь синеглазому", - молчала она. А вот на счет тебя... Что-то ей не нравилось, она будто спрашивала, и я задумалась над ответом.

Ты, наверное, видишь червя в каждом яблоке, гниль - в каждом чувстве... Если она в нем есть. Но со мною - отчего ты так? Что ты увидела во мне такого, что не захотела встретиться на прощанье? Я никогда не лгала тебе и люблю почти как сестер. Ты должна это видеть. Не могла во мне ошибиться! Только не ты. Значит, была причина не встретиться. Итан прав: тебе не позволили. И твое письмо прочли и проверили прежде, чем вручить мне. Двойное дно... подтекст... есть ли шанс, что его не заметила Сибил Нортвуд, но замечу я? Твоя матушка знает тебя семнадцать лет, я - два месяца. Твоя матушка - политик, землеправитель, игрок; я - только наездница. Вряд ли я рассмотрю в письме хоть что-то, чего не увидела Сибил...