Читаем Душа после смерти полностью

То же самое испытывали и посвященные в мистерии античного языческого мира. В житии св. Киприана и Иустины (2 октября) мы из первых рук имеем свидетельство бывшего колдуна об этом царстве: “На горе Олимпе Киприан научился всем диавольским хитростям: он постиг различные бесовские превращения, научился изменять свойства воздуха... Он видел там бесчисленные полчища бесов с князем тьмы во главе, которому они предстояли; другие бесы ему служили, иные восклицали, восхваляя своего князя, а иные были посылаемы в мир для совращения людей. Там он видел также в мнимых образах языческих богов и богинь, а равно различные призраки и привидения, вызыванию коих он учился в строгом сорокадневном посте... Так он стал волхвователем, чародеем и душегубцем, великим другом и верным рабом адского князя, с коим беседовал лицом к лицу, удостоившись от него великой чести, как о том он сам открыто засвидетельствовал. “Поверьте мне, — говорил он, — что я видел самого князя тьмы... я приветствовал его и говорил с ним и со старейшинами его... И обещал он мне, по исхождении меня из тела, поставить меня князем, а в течение земной жизни во всем помогать мне... Внешний вид его был подобен цветку; голова его была увенчана венцом, сделанным (не в действительности, а призрачно) из золота и блестящих камней, вследствие чего и все пространство то освещалось, — а одежда его была изумительна. Когда же он обращался в ту или в другую сторону, все место то содрогалось; множество злых духов различных степеней покорно стояли у престола его. Ему и я всего себя отдал тогда в услужение, повинуясь всякому его велению”. (“The Orthodox Word”, 1976, №70, рр. 136-138).

Св. Киприан явно не говорит, что он имел эти опыты вне тела: вполне может быть, что более опытные волхвователи и чернокнижники не имеют нужды покидать тело, чтобы войти в полный контакт с воздушным царством. Даже при описании своих похождений “вне тела” Сведенборг утверждал, что большинство его контактов с духами было, напротив, в теле, но при открытых “дверях восприятия” (“Небо и Ад”, чч. 440-442). Характеристики же этого царства и “приключений” в нем остаются одни и те же вне зависимости от того, происходит ли все в теле или вне его.

Одним из знаменитых языческих колдунов античного мира (II век), описывающим свое посвящение в мистерии Исиды, дается классический пример внетелесного общения с воздушным царством, который можно использовать для описания современных “внетелесных” и “посмертных” состояний:

“Я передам (о моем посвящении) столько, сколько можно передать непосвященным, но только при условии, что ты поверишь этому. Достиг я рубежей смерти, переступил порог Прозерпины и вспять вернулся, пройдя через все стихии; в полночь видел я солнце в сияющем блеске, предстал перед богами подземными и небесными и вблизи поклонился им. Вот, я тебе рассказал, а ты, хотя и выслушал, должен остаться в прежнем неведении.”27


6. Выводы относительно “внетелесной области”

Все сказанное здесь об опыте пребывания “вне тела” достаточно для того, чтобы представить себе современный “посмертный” опыт в соответствующей перспективе. Подытожим наши результаты:

1. Это в чистом виде просто “внетелесное” состояние, хорошо известное, особенно в оккультной литературе, и случающееся за последние годы со все возрастающей частотой с обычными людьми, не связанными с оккультизмом. Но фактически эти состояния почти ничего не говорят нам о том, что происходит с душой после смерти, кроме того, что она продолжает жить и имеет сознание.

2. Сфера, в которую душа попадает сразу, когда она выходит из тела и начинает терять контакт с тем, что мы знаем как материальную реальность (будь то после смерти или просто при выходе из тела), — это не небо и не ад, а близкая к земле область, которую называют по-разному: “потустороннее” или “плоскость Бардо” (“Тибетская книга мертвых”), “мир духов” (Сведенборг и спириты), “астральная плоскость” (теософия и большинство оккультистов), “Место 2” (Монро), — а на православном языке — поднебесное воздушное пространство, где обитают падшие духи, которые усердно стараются обмануть людей, чтобы привести их к погибели. Это не тот “иной мир”, который ожидает человека после смерти, а только лишь невидимая часть этого мира, через которую человек должен пройти, чтобы достичь воистину “иного” мира — небесного или адского. Для тех, кто действительно умер и кого Ангелы уводят из этой земной жизни, это область, где в воздушных мытарствах начинается частный суд, где воздушные духи обнажают свою истинную природу и враждебность к роду человеческому; для всех же остальных — это область обмана со стороны тех же духов.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Конспект по истории Поместных Православных Церквей
Конспект по истории Поместных Православных Церквей

Об автореПротоиерей Василия Заев родился 22 октября 1947 года. По окончании РњРѕСЃРєРѕРІСЃРєРѕР№ РґСѓС…РѕРІРЅРѕР№ семинарии епископом Филаретом (Вахромеевым) 5 октября 1969 года рукоположен в сан диакона, 25 февраля 1970 года — во пресвитера. Р' том же году РїСЂРёРЅСЏС' в клир Киевской епархии.Р' 1972 году назначен настоятелем храма в честь прп. Серафима Саровского в Пуще-Водице. Р' 1987 году был командирован в г. Пайн-Буш (США) в качестве настоятеля храма Всех святых, в земле Р РѕСЃСЃРёР№СЃРєРѕР№ просиявших. По возвращении на СЂРѕРґРёРЅСѓ был назначен клириком кафедрального Владимирского СЃРѕР±РѕСЂР° г. Киева, а затем продолжил СЃРІРѕРµ служение в Серафимовском храме.С 1993 года назначен на преподавательскую должность в Киевскую РґСѓС…овную семинарию. С 1994 года преподаватель кафедры Священного Писания Нового Завета возрожденной Киевской РґСѓС…РѕРІРЅРѕР№ академии.Р' 1995 году защитил кандидатскую диссертацию на тему В«Р

профессор КДА протоиерей Василий Заев

История / Православие / Религия, религиозная литература / Религия / Эзотерика
Мера бытия
Мера бытия

Поначалу это повествование может показаться обыкновенной иллюстрацией отгремевших событий.Но разве великая русская история, вот и самая страшная война и её суровая веха — блокада Ленинграда, не заслуживает такого переживания — восстановления подробностей?Удивительно другое! Чем дальше, тем упрямей книга начинает жить по художественным законам, тем ощутимей наша причастность к далёким сражениям, и наконец мы замечаем, как от некоторых страниц начинает исходить тихое свечение, как от озёрной воды, в глубине которой покоятся сокровища.Герои книги сумели обрести счастье в трудных обстоятельствах войны. В Сергее Медянове и Кате Ясиной и ещё в тысячах наших соотечественников должна была вызреть та любовь, которая, думается, и протопила лёд блокады, и привела нас к общей великой победе.А разве наше сердце не оказывается порой в блокаде? И сколько нужно приложить трудов, внимания к близкому человеку, даже жертвенности, чтобы душа однажды заликовала:Блокада прорвана!

Ирина Анатольевна Богданова

Проза о войне / Современная русская и зарубежная проза / Православие