Читаем Душа Демона (СИ) полностью

Казалось, сегодня зимний сад, выглядевший обманчиво пустым, решила использовать для мнимого уединения добрая половина благородного общества. Из каждого укромного уголка до слуха доносились перешептывания, шелест одежды, звуки поцелуев и прочее. Оставалось лишь удивляться, чем же собравшихся здесь людей так не устраивают кровати и диваны — во дворце было полным полно пустующих комнат, где можно было устроиться со всеми удобствами. Наверное, бедолаги соскучились по остроте ощущений, а может, все объяснялось принятой дозой алкоголя, однако факт оставался фактом: галерея нынче представляла собой омут разврата.

Вполне возможно и Рагор Лабиз завернул сюда исключительно для плотских утех. Что ж, тогда мне любопытно взглянуть на его избранницу… или избранника.

Я скинула туфли и перехватила подол платья, хотя в сложившейся ситуации принятые меры были излишни, вряд ли кто-нибудь услышал мои шаги среди журчания фонтанов, шебуршаний, причмокиваний и стонов. Тупиковые ответвления от основного прохода с фонтанами, статуями и скамейками сменяли друг друга. Обнимающиеся мужчины и женщины, женщины и женщины, мужчины и мужчины… чего я только не повидала за какие-то пять минут своего присутствия в зимнем саду.

В одном закутке под символичной скульптурной группой из трех обнаженных юношей тискались трое парней, причем один из них был тот самый «благоразумный» из напавшей на Тиро банды. В другом уголке, скрытом кустами лилейно-белой виланарии, пара мужиков разложила на скамейке пышнотелую брюнетку да с таким энтузиазмом ее охаживала, что во мне даже вспыхнуло острое чувство зависти. Не то чтобы я была сильной поклонницей любви на троих, но подобный опыт в моем активе уже имелся и оставил довольно таки приятные воспоминания. Возбуждение тугой спиралью свернулось в животе, и я на время забыла о своей великой миссии, предаваясь бесстыдному подглядыванию.

Брюнетка была хороша. Ох, как хороша! Не знаю, как на лицо, — его скрывали выбившиеся из прически пряди волос, — а вот все изгибы ее тела были видны прекрасно и оставить равнодушным просто не могли. Мужикам я тоже позавидовала. Да, она была полновата, но при взгляде на нее в голове крутилось единственное слово — «роскошная». Тяжелые груди соблазнительно покачивались в такт ее движениям. Один из мужчин поочередно ловил ртом ее крупные напряженные соски. Женщина стонала и ругалась сквозь зубы. И было заметно, что это еще больше заводило ее любовников, да и меня тоже… Все трое предавались любви с естественностью, неистовостью и бесстыдством. От них невозможно было отвести взгляд. Это было безумно возбуждающе и прекрасно.

Неосознанно я сделала шаг вперед… и в этот момент услышала посторонний звук. Громкая музыка и гомон голосов ворвались в приоткрытую дверь, ведущую в зал: на галерее появилось новое действующее лицо. Вряд ли кто-то кроме меня заметил появление очередного гостя. Моя троица так уж точно не обратила на это никакого внимания, особенно если учесть, что все трое, кажется, были близки к экстазу. Я же метнулась обратно в проход. Интуиция благим матом орала, что это Наблюдатель и никто иной, а, следовательно, времени у меня мало… очень мало…

Возбуждение, смешанное с чувством опасности, заставило меня позабыть об изначальной причине, что привела меня на галерею. Сейчас я думала лишь о том, где бы мне спрятаться. А вот однозначно ответить на вопрос хочу я, чтобы Риан меня нашел(со всеми вытекающими) или нет, я не могла.

Я почти бежала по проходу, уворачиваясь от склоненных веток.

Так, тут кто-то возится… здесь тоже занято… там…

Я резко остановилась, как будто налетела на невидимую стену. Среди густой листвы мирены и больших ящиков с папоротником, у статуи обнаженной девы, сжимающей в руке лук, лицом ко мне стоял Рагор Лабиз. Его физиономия лишенная обычной доброжелательности, казалась жуткой маской. Мужчина, судя по всему, был крайне раздражен. Его собеседник, чьи спина и макушка ничего определенного мне не сообщили, что-то выговаривал недовольным шепотом. И к моей досаде говорил он на каком-то странном наречии, которое я практически не понимала. Удалось только разобрать «я требую» и «мы договаривались». Рагор ответил довольно резко. Из его речи вычленились несколько ругательств, причем определенно газнарских, и «терпение» и «время». Далее как я поняла, от Лабиза потребовали какой-то определенности. Латуринский советник теперь уже на раанском пожелал своему собеседнику провалиться в бездну и буквально выплюнул: «завтра». После этого он стремительно двинулся на выход, то есть прямо на меня. Я метнулась обратно в проход, краем глаза заметила смазанную тень, и только и успела, что шарахнуться в сторону. Меня перехватили крепкие руки, в шею уперлось холодное лезвие ножа. Нападавшего я, конечно же, узнала — Риан. Кто ж еще?!

— Без глупостей, — шепнул он в самое ухо, отступая вместе со мной к кадке с фикусом.