Читаем Дурная привычка полностью

— Расходы будут немаленькими. Понадобится большой объем наличности, причем — старыми купюрами среднего достоинства. Получить их надо будет сразу, чтобы уменьшить количество сеансов тайниковой связи до минимума. Чемодан денег… Вы представляете, сколько это весит?

— Представляю, — Полковник кивнул. — Килограмм пятнадцать — двадцать. Его доставят в указанное Вами место. А как Вы ими будете распоряжаться — не моя забота. Хоть на тачке возите, хоть волоком. Ответственность ляжет на Вас.

Тронхейм помолчал немного, потом вздохнул и медленно двинулся по набережной, вынудив Полковника покинуть насиженное место. Мужчины шли молча. Через некоторое время наемник продолжил разговор:

— Хорошо. Допустим, что с финансированием операции вопрос решен. Как будет осуществляться связь?

— Напрямую со мной. Связь односторонняя. Будете посылать мне электронные письма.

— А Вы?

— Я сам Вас разыщу, если мне срочно понадобится переговорить.

— Не хотелось бы… — Тронхейм поморщился. — Давайте, остановимся на Сети. В обе стороны. Кстати, Ваши коллеги отслеживают электронную переписку?

— Не без этого, — Полковник пожал плечами. — Только, объем передач довольно высок. Все, мы просто физически не отследим. Но, случайности не исключены, и об этом надо подумать сейчас.

— Коды?

— Договоримся.

— Угу… — Тронхейм пожевал губами. — Способ оплаты?

— Прежний. — Полковник развел руками.

— Время? — Тронхейм остановился.

— Вчера… — собеседник виновато улыбнулся. — Чем быстрее, тем лучше, как Вы сами понимаете.

— Хорошо, Полковник. Для начала я туда прокачусь и посмотрю на месте, что и как.

Территория завода «Росток» изобилует ангарами — бывшими производственными помещениями.

Я провел своего нового знакомого через блокпост и свернул налево в первый цех. Серж послушно шел попятам. Ангар этот представлял собой, по сути, некую санитарную зону и, одновременно, вторую линию обороны. Сейчас даже трудно предположить, что в нем делали: все, что могло стать укрытием (в том числе и станки), было выброшено, остались только какие-то производственные емкости. Их, видимо, просто не смогли унести. И остались, непонятно зачем, секции ограждения из сетки-рабицы. Голый пол служил идеальным местом, на котором бойцы, засевшие под крышей, имели возможность расстреливать противника как мишени в тире.

Обычно, в ангаре, прохаживаясь по железному решетчатому переходу, тянувшемуся через цех на высоте нескольких метров, дежурил часовой. «Долговец» гулко топал тяжелыми ботинками по решетчатому полу перехода, извещая всех, что он на посту и не заснул. Раньше для этой цели сторожа использовали деревянные колотушки, постукивая ими в такт ходьбе, теперь — подкованные армейские ботинки. Звуки шагов, доносившиеся из ангара, успокаивали: «Долг» не дремлет, а бдительно несет службу. Один часовой в ангаре много не навоюет, естественно. Но, по тревоге, минуты через три сюда успеют подтянуться «Долговцы» из казарм, превратив ангар в ловушку для противника.

Серж, по своей природной любознательности, хотел было что-то спросить у часового, но в ответ получил стандартное: «Иди своей дорогой, сталкер!». Я сгреб бегуна в охапку и вытащил вон на улицу. «Долговцы» с непонятливыми не особо церемонятся…

Выйдя из ангара, мы оказались на «центральной площади», где я дал волю своим эмоциям:

— Ты что, полный идиот?! Или жить тебе надоело?!

— А что случилось? — Серж сделал удивленное лицо, что, надо сказать, удалось ему без особого труда.

— Зачем к «Долговцу» полез, я тебя спрашиваю?

— Спросить хотел…