Читаем Дурная привычка полностью

Поэтому, в своем рапорте полковник предложил, как один из вариантов, физическое устранение агентов. Теперь ему предстояло, кроме принятия неодобрения от шефа, еще и отстоять свою точку зрения.

Полковник поднялся к генералу и вошел в приемную. Ванюхин, завидя визитера, вытянулся в струнку.

— Здравия желаю, господин полковник! — капитан смотрел на Виктора Ивановича, будто никого более значимого в своей жизни не видел.

— Вольно! — полковник подошел к столу адъютанта. — Можно?

— Конечно, генерал ждет. — с этими словами Ванюхин отворил дверь, и, как только половник пересек порог, плотно закрыл ее.

Генерал- майор сидел в кресле, все так же осеняемый портретом президента. Глядя на хмурое лицо, полковник понял, что шеф, прочитав его рапорт, остался недовольным. А, собственно, что еще можно было ожидать?

— Лядащев, садись. — генерал махнул рукой, будто пригвоздил полковника к стулу.

Тон шефа и обращение на «ты» были плохими признаками. Полковник повиновался. Сидя через стол от начальника, Виктор Иванович ждал начала разговора. А генерал не спешил с этим, продолжая просматривать бумагу, которую изучал до прихода Лядащева. Наконец, закончив чтение, Краев перевернул документ и положил его лицевой стороной на стол.

— Что, все так плохо? — генерал подался вперед, опершись локтями о столешницу, и вцепился в полковника немигающим взглядом.

— Смотря, что Вы имеете в виду, Андрей Владимирович.

— Не выеживайся! — генерал хлопнул ладонью по столу, отчего портрет диктатора прошлого века упал лицом вниз. Потом генерал вынул из ящика рапорт полковника и помахал им. — Ты мне эту писульку зачем передал?

— Вы же сами просили отчитаться. Ну и вот… — полковник развел руками.

— Я просил тебя отчитаться в действиях по операции «Очищение». — Краев кинул рапорт через стол, и тот послушно лег в руки Лядащева. — А ты мне что накалякал?

— К сожалению, факты, изложенные здесь, нельзя опровергнуть. Именно так все и есть.

— Я понимаю, что так все и есть! Ты мне объясни, как можно потерять двух человек, причем профессионалов высшего класса. О Тронхейме я мало что могу сказать, это твой агент, ты его привел. Но Панченко-то, Панченко! Он-то как мог исчезнуть?! Кстати, насколько я помню, он тоже твой протеже?

— На что Вы намекаете?! — полковник вскочил и начал стремительно краснеть, чему способствовала, в какой-то мере, бессонная ночь.