Читаем Дурная примета полностью

— И блоки питания взяты, и видеокассеты, и сам, как пионер, всегда готов, — отрапортовал всегда оптимистично и по-боевому настроенный специалист криминалистики, водружая видеокамеру на плечо.

— Запускаем кино? — спросил он на всякий случай.

— Запускаем, — тихо подтвердил Паромов.

И пошло: «Старший следователь такой-то, рассмотрев материалы уголовного дела такого-то, возбужденного тогда-то по статье такой-то…»

Как и планировал Паромов, начало следственного эксперимента было положено прямо в кабинете старшего следователя. В относительно спокойной обстановке были указаны условия и причины, потребовавшие проведения такого следственного действия, как эксперимент, названы все участники эксперимента с их личным представлением, разъяснены права и обязанности этих участников, а подозреваемым еще и статья 51 Конституции РФ. И так далее, и так далее…

Оба подозреваемых чуть ли не в один голос заявили, что желают участвовать в следственном эксперименте, что не возражают один против другого, что на данном этапе следствия в услугах адвокатов не нуждаются, так как решение приняли добровольно и без принуждения со стороны сотрудников милиции. Даже письменные заявления об отказе от адвокатов под видеозапись нацарапали с указанием даты и времени.

Когда необходимая преамбула была выполнена, и встал вопрос о выезде на место основных событий, старший следователь прервал видеосъемку, объяснив причину перерыва.

Оперативники окольцевали за правые руки обоих подозреваемых, чтобы с этого момента ни на секунду не расставаться с ними до конца эксперимента и возвращения в отдел.

На служебном автомобиле прибыли к дому потерпевших. За двое суток возле дома обстановка существенно не изменилась. Возможно, снежный наст стал чуть меньше, чем был раньше. А так все было на месте: и дом, крупнопанельный близнец с другими такими же; и обшарпанный подъезд со скрипучей и давно не крашенной дверью на никогда не знавших смазки петлях; и деревянная скамья у подъезда — ночной магнит для молодежи; и площадка для автомобилей.

Высыпали из милицейского микроавтобуса.

Андреев с видеокамерой, которую немедленно водрузил на плечо; его стажер с фотоаппаратурой и другими, необходимыми для фотоаппаратуры, причиндалами; оперативники Аверин и Студеникин в паре с прикованными к ним наручниками подозреваемыми — чем не Шерочка с Машерочкой.

Старший следователь с черным дипломатом и листками бумаги для необходимых пометок и схем — видеозапись видеозаписью, а что написано пером, того не вырубить и топором!

Последней из салона микроавтобуса вышла потерпевшая Смирнова со своими грустными мыслями и тоской по раненому мужу.

Даже водитель, и тот выполз из кабины, чтобы ноги подразмять, да на солнышке погреться.

Вдыхали плотный от влаги и запахов весенний воздух, щурились под косыми лучами яркого солнца. Оно же, словно золотое яблочко из русских сказок, безмятежно и незаметно катилось по голубому блюдечку небес.

Видеозапись возобновилась.

Андреев, как опытный оператор, забежав с подсолнечной стороны, в целях избежания ненужных бликов и засветок, скользнул объективом видеокамеры по лицам участников, чтобы показать, что никто не «пропал», потом по номеру на углу дома, привязывая к местности и месту, и остановился на подозреваемых.

Не отставал от него и стажер, молча щелкая затвором фотоаппарата, то под одним ракурсом, то под другим, снимая место происшествия и «главных героев». На таком важном следственном действии он присутствовал впервые, потому старался от души.

Погода благоприятствовала. День был солнечный, по-весеннему теплый. С крыши дома капала капель. На припеке снег подтаивал, и по асфальту собирались лужицы. Соединяясь, они образовывали маленькие ручейки, чуть заметно скользившие с возвышенных мест в низины.

«Видеозапись возобновляется», — прозвучала сакраментальная фраза, без которой никак не обойтись в таком сложном и ответственном деле, как длительный по времени, изменчивый по месту восстанавливаемых событий, следственный эксперимент.

— Гражданин Апыхтин, расскажите, где мы находимся и какие произошли тут события? — задал следователь вопрос.

— Это тот самый дом и тот подъезд, где 10 марта 1998 года, вечером, мы встретились со Смирновым Артемом, где сначала Иван Злобин угостил его самогоном, а поздно вечером мы с Артемом поехали на его автомобиле ВАЗ-21099 белого цвета к нему в гараж, чтобы поставить там автомобиль. При этом присутствовали…

— Гражданин Злобин, — обратился Паромов уже ко второму подозреваемому, — вы подтверждаете показания Апыхтина? Или все происходило иначе?

— Подтверждаю, — отозвался Злобин. — Все происходило именно так, как рассказал мой друг Анатолий.

— Вы можете указать то место, где стоял автомобиль Смирновых? — задал уточняющий вопрос следователь.

— Да вот тут он и стоял, — показал свободной рукой Злобин на уголок площадки, предназначенной для временной стоянки автомобилей. — Здесь.

— А вы, Апыхтин, что можете сказать по месту нахождения автомобиля Смирнова? — переадресовал следователь вопрос второму подозреваемому, ведя перекрестный допрос.