Читаем Дурдом с мезонином полностью

— Пациент доставлен в больницу с закрытой черепно-мозговой травмой. Вследствие сильного удара тупым предметом по голове у него в затылочной области черепа образовалась гематома, и, по всей видимости, он частично потерял память.

— Но нас он вспомнил!

— И это обнадеживает. Есть шанс, что парень в скором времени полностью оправится и сможет нам объяснить, что с ним приключилось.

— Но как он очутился у вас? Где вы его нашли?

— Честно говоря, нам его привезли. Какие-то байдарочники, совершавшие спуск по реке, доставили его к нам по воде. Пострадавший находился все время без чувств. Нашедшие его люди сказали нам, что увидели его на речном пляже, куда пристали для организации ночной стоянки. Пострадавший лежал на куче песка, и сначала они приняли его за пьяного или спящего. Лишь подойдя ближе, они поняли, что он без сознания. Кроме того, состояние его одежды говорило о том, что это не бродяга и не бомж, а очень чистенький, хорошо одетый и ухоженный домашний мальчик. И они решили, что ему нужно помочь. Загрузили его в одну из байдарок и привезли по реке к нам в поселок.

— Спасибо! — горячо воскликнула мать Антона. — Спасибо им огромное! Где эти люди? Я хочу лично их поблагодарить.

— Я не знаю, — развел руками врач. — Они уплыли дальше.

— Молиться за них буду! Они спасли жизнь моему мальчику! Но что с ним случилось?

— По всей видимости, произошел несчастный случай. Ваш сын сорвался с обрыва. Спортсмены сказали, что берег в том месте крутой и обрывистый. Кроме того, он нависает козырьком. Молодой человек мог выйти на самый край, чтобы полюбоваться открывающимся видом на реку, но не удержал равновесия или часть песчаного берега сползла под его тяжестью вниз, увлекая за собой и пострадавшего. Во время падения он ударился головой о валун, которых много в том месте, от чего получил травму и потерял память.

— Несчастный случай, — пробормотала Аня, у которой словно камень с души свалился. — Вот оно что!

Все заметно повеселели, найдя Антона в сравнительно хорошем состоянии. Да, он не мог вспомнить, что с ним случилось, но он помнил и назвал всех своих друзей и коллег поименно. И это было замечательно.

Родители остались в больнице, чтобы при первой же возможности забрать Антона домой, а подруги с Ларисой Дмитриевной вернулись обратно. Всю дорогу директриса была веселой, словно птичка. Поняв, что ее драгоценному центру и его репутации больше не угрожают постоянные визиты полиции, она пришла в превосходнейшее расположение духа. Даже пообещала подругам премии, что было ей совсем не свойственно.

— Какое счастье! — восклицала она. — Это всего лишь несчастный случай! Боже, какое счастье!

Узнав о том, что Антон жив и относительно благополучен, все воспитатели вздохнули свободно. Правда, возникал вопрос, кто заменит его на работе, потому что приступить к своим прямым обязанностям Антон пока что был не в состоянии.

— Он даже самого себя не помнит. Его подпускать к детям никак нельзя.

Но директриса заверила, что она этот вопрос решит с легкостью.

— Хлеб за сохой не ходит. Была бы работа, а руки найдутся.

Спать все разошлись в приподнятом настроении. Подруги, которые после вчерашней бурно проведенной ночи и сегодняшних двухчасовых раскопок на берегу реки чувствовали себя несколько разбитыми, заснули быстрей всех. Но уже следующее утро принесло новый сюрприз. В центре вновь недосчитались одного воспитателя, на сей раз пропал Роман — сосед Антона, работавший также в группе «Кулибиных».

Славка, который занял в домике место Антона, утверждал, что Роман ушел лишь под утро.

— Солнце уже встало. Я спросил, куда он направляется, и он сказал, что на пробежку. И что он каждый день ее совершает.

Но с пробежки Роман не вернулся. Сначала его исчезновение сочли шуткой, в отличие от его бывшего соседа, Ромка был парнем веселым, мог и подшутить над своими коллегами. Но подошло и прошло время завтрака, а Роман все не возвращался. Впрочем, сначала его отсутствие не вызвало большой шумихи. Фактически оно прошло незамеченным на фоне массового отравления детей. Вскоре после завтрака сперва один ребенок, затем другой, а потом сразу трое пожаловались на рези в желудке. У детей начались понос и рвота, сопровождающиеся сильной головой болью и повышением температуры.

Первичные меры в виде промывания желудка слабым раствором подсоленной марганцовки не подействовали. Было ясно, что дети нуждаются в госпитализации. Растрепанная и бледная Лариса Дмитриевна металась от одной койки к другой, пытаясь определиться, что ей важней, сохранить здоровье, а возможно, что и жизнь детям или доброе имя ее центра.

— Какая неприятность! Дети в больнице! Сколько, пятеро?

— Уже семеро.

— Пятно на репутации центра! Люди не захотят присылать к нам своих детей.

— Если кто-нибудь из детей скончается от острой кишечной инфекции, вам грозят куда более крупные неприятности.

Сопоставив размеры этих двух неприятностей, директриса отправилась звонить врачам. Те приехали, заболевших детей, число которых к этому времени увеличилось уже до двенадцати, забрали в больницу, а сам центр маленьких гениев закрыли на карантин.