Читаем Думер полностью

А ведь у морга нас ждали неслучайно. Может, это их Атлас навёл? Мог. Но как-то… мелко, что ли. Тогда нужно было приезжать самим графам Медведевым. Да и от Лены мог избавиться проще — достаточно донести о том, чем она занимается в служебное время, и её сожрут свои же. Но тут, возможно, Атлас как раз деталей и не знал. Ну не может же он быть всевидящим и всеслышащим? Короче, подозрения роились нехорошие, нужно с ним держать ухо востро.

К нам подошел мужчина в широком малиновом пиджаке и с золотой цепью на шее. Попросил временно удалиться всех, кроме меня, и Отто с Тунгусовыми пошли обратно в машину. Человек в пиджаке сел напротив меня. Буднично взмахнул руками, и из них начала разрастаться полупрозрачная диаграмма. Как голографическая. Достигнув размера диаметром с полуметр, она мгновенно влетела прямо в меня… а через несколько секунд вылетела обратно. Теперь на диаграмме виднелись цветные царапинки и загогулинки, которых до этого точно не было. Мужчина внимательно их посмотрел, кивнул и молча ушел. Проверял, значит.

А потом пришел Тамбовский барон. Огромная двухметровая туша, одинаково длинная и в высоту, и в ширину. Ну ладно, если не одинаково, то близко к тому. Тем не менее, как-то вот сразу становилось понятно, что это может быть только он и никто другой.

Черты лица были смуглыми, было в нем что-то цыганское. Барон передвигался с золотой тростью. На нем было красное одеяние, чем-то напоминающее турецкого султана. Рядом шло сопровождение, пять охранников — кто в кожанках, кто в пиджаках.

— Чем обязан? — спросил барон, устроившись напротив.

— Меня зовут Думер, — представился я, — но имя моё вам ничего не скажет.

Уже на этих словах барон заскучал. Я видел это в его отстранённом взгляде, в едва ощутимом вздохе. Нужно было переходить сразу к сути, я это понимал, но вот какое дело… Слова Атласа. Да, черт возьми, они имени смысл.

— Сегодня у вас состоится стрелка с графами Медведевыми, — продолжил я. — Эти сведения я нигде не подслушал и не додумал, а получил непосредственно от одного из их юристов. Теперь уже покойного юриста…

— Приятное уточнение, — медленно кивнул барон.

— Есть и другие, менее приятные уточнения. Вы предлагали Медведевым стрелку на пуанте Елагиного острова или в Каменке по Выборгскому шоссе, чтобы решить всё… честно. В ответ они назвали Пять углов. Вы могли подумать: так они страхуются, что вы их не тронете. На самом же деле им нужно, чтобы вы именно так и считали.

— Обоснуй разницу, — сказал барон.

— Они готовятся к настоящей пальбе. Не взирая на оживленное место. Будет засада.

— Это в их стиле, — признал барон. — Да только ты-то что расстилаешься… Интерес твой каков?

— Просьба, не интерес. Интерес глобальный — избавиться от Медведевых. Интерес частный — чтобы стрелка разрулилась мирно.

— Мирно? — усмехнулся барон. — Не колышет меня твой интерес, парень. И глуп ты ещё, если возомнил, что твои слова важны для моих ушей. Я таких, как они, одной левой душил, — сказал он и показал левую руку. Но это была не просто рука… это была металлическая рыцарская перчатка. Зачем же он её носит? Понтуется?

— Скажу проще. Чем бы стрелка не закончилась, но если начнётся бойня — у медведевских запустится давно продуманный план. Если же вам удастся хотя бы изрядно растянуть время — уверяю, вы потом будете очень довольны. Поймете в чем дело.

— Сказки, — недовольно ответил барон.

— А кто мешает проверить? Вот и узнаем, можно ли мне верить.

— А давай, — начал подниматься из-за стола барон. — Поспорим на что-нибудь мелкое, незначительное. На твою жизнь, например.

Вот ведь. Ну пусть попробует.

— И еще кое-что… — напоследок сказал я, понимая, что барон вот-вот уйдет. — Я бы хотел приобрести у вас оружие. Что-нибудь легкое, возможно скорострельное.

— А ты на стрелку подъезжай. Там и продадим.

Он дал понять, что разговор окончен, и удалился. Да уж, с переговорами сегодня как-то вообще не ладится. Впрочем, день еще не закончен, кто знает, чем оно в итоге обернется. Время стрелки приближалось, и в некоторым смысле я понимал, почему барон так быстро откланялся. Мою инфу он во внимание точно примет, а значит нужно подготовиться.

А вот мне… тоже нужно подготовиться, только, блин, совсем не к тому, чего я ожидал. Сперва отличились Мироновы, теперь Тамбовский барон поставил мою жизнь в ответ на… да по сути ни на что.

Но ничего. От нетерпения у меня уже сжимались кулаки. Так и хотелось вдарить своим «нечто» и что-нибудь разнести. Не от злости — от желания действовать. Что ж, действовать — значит действовать.

Вышел на улицу, завернул в телефонную будку. Снял трубку, не бросая жетона.

Несколько секунд держал трубку у уха, потом сказал:

— Атлас, ты тут? — Для убедительности даже постучал по трубке, словно маленький Атлас сидел где-то там. В моем воображении отчасти так и было.

Длинный гудок пропал. Из тишины раздалось:

— А ты догадливый.

— На твоем фоне, Атлас, даже столб догадливый.

— В следующий раз, если захочешь со мной связаться, жми много раз цифру девять. Так надежнеё.

— Я подумаю. Ты вот что, Атлас. Можешь соединить меня с Анастасией Нефедовой?