Читаем Духовная борьба полностью

— Может быть, ты не следишь за собой? Ведь исповедь — это Таинство. Ходи на исповедь и просто говори духовнику о своих грехах. Ты что, думаешь [у тебя их мало]? Разве у тебя нет упрямства? А эгоизма? Ты не ранишь сестру? Никого не осуждаешь? Думаешь, я, когда прихожу на исповедь, каюсь в каких-то особенных грехах? Нет, я исповедуюсь: "Согрешил гневом, осуждением...", и духовник читает надо мной разрешительную молитву. Однако маленькие грешки тоже имеют свою тяжесть. Когда, не имея каких-то серьезных грехов, я приходил на исповедь к батюшке Тихону [ 1 ], то он говорил: "Песочек, сынок, песочек!" Маленькие грешки собираются в целую песочную кучу, которая по весу может превышать один большой камень. Человек, совершивший большой грех, постоянно думает о нем, кается и смиряется. А у тебя — множество малых грешков. Однако, сравнив те условия, в которых выросла ты, и условия, в которых вырос человек, совершивший этот большой грех, ты увидишь, что ты хуже него.

Кроме того, старайся быть во время исповеди конкретной. На исповеди не достаточно только назвать свои грехи, к примеру, "я завидую, гневаюсь" и тому подобное, нужно поисповедовать и свои конкретные падения для того, чтобы получить помощь. А уж если ты исповедуешься в тяжелом прегрешении, в таком, например, как лукавство, то должна подробно признаться и в том, что ты думала, совершая этот грех, и в том, каковы были твои конкретные действия. Не совершая такой конкретной исповеди, ты смеешься над Христом. Если человек не исповедует духовнику истины, не открывает ему своего греха, для того чтобы духовник мог ему помочь, то он сильно повреждается, подобно больному, который наносит здоровью большой вред, скрывая свою болезнь от врача. Тогда как если человек показывает себя духовнику в точности таким, каков он есть на самом деле, то духовник может понять этого человека лучше и помочь ему более результативно.

Кроме этого, тот, кто несправедливо поступил с человеком или ранил кого-то своим поведением, должен сперва пойти к обиженному им, смиренно попросить у него прощения, помириться с ним, а затем ему надо поисповедовать свое падение духовнику, чтобы получить разрешение. Таким образом приходит Благодать Божия. Если человек поисповедует такой грех духовнику, не попросив предварительно прощения у того, кого он ранил, то его душе невозможно прийти в мирное устроение, потому что [согрешивший] человек в этом случае не смиряется. Исключением является случай, когда обиженный человек умер или же его невозможно разыскать, потому что он сменил место жительства, и нельзя попросить прощения хотя бы в письме. Но если у кающегося есть расположение сделать это, то Бог, видя это расположение, его прощает.

— Геронда, а если мы попросили прощения у человека, обиженного нами, а он нас не прощает?

— В этом случае будем молиться, чтобы Бог умягчил его сердце. Однако Бог может не умягчать сердце этого человека и по той причине, что, если он нас простит, мы можем легко впасть в тот же самый грех снова.

— Геронда, а допустимо ли, совершив какой-то тяжелый грех, исповедовать его не сразу?

— А зачем оставлять его на потом? Для того чтобы он прокис? Ведь чем дольше ты не выбрасываешь какую-нибудь тухлятину, тем больше она тухнет. Зачем ждать два-три месяца, а потом идти исповедоваться в тяжелом грехе? Надо идти как можно быстрее. Если мы имеем открытую рану, разве надо ждать, пока пройдет месяц, и только потом ее лечить? Нет. В таком случае даже не надо ждать, когда у духовника будет больше времени или больше возможности уделить нам внимание. Надо тут же бежать к духовнику, кратко исповедовать ему совершенный грех, а потом, когда у духовника будет больше времени, можно пойти к нему, чтобы побеседовать или получить духовное наставление.

Для того чтобы обрисовать духовнику положение, в котором мы находимся, много времени не нужно. Если совесть работает правильно, то человек описывает свое состояние в двух словах. Однако если внутри у человека сумбур, то он может произносить много слов и при этом не давать духовнику представления о своем состоянии. Некоторые люди присылают мне целые тетради с рассказами о себе и о своих проблемах. По двадцать — тридцать страниц мелким почерком, а в конце еще несколько страниц постскриптума... Хотя все, о чем они пишут, могло бы уместиться на одной странице.

О Старце Тихоне см. в книге Старец Паисий Отцы-святогорцы и святогорские истории. Свято-Троицкая Сергиева Лавра 2001 С 13–39. ^

Духовная борьба

Старец Паисий Святогорец

Часть пятая. О силе исповеди

Глава вторая. О том, как правильно исповедоваться

Оправдывая себя во время исповеди, мы отяжеляем свою совесть