Читаем Дух старины полностью

Дух старины

Только что покинувший императорский двор, которому он оказался чужд, Ли Бо в этом стихотворении рисует космическое путешествие бессмертного небожителя, удалившегося от бренного мира.

42

Волна качает пару белых чаек,Взлетает клик над синею водой.Поморы вольных чаек привечают —Не журавля за облачной грядой!Их дом — песок, обласканный луною,Весна влечет в душистые цветы.Меж них и я с омытою душоюЗабуду мир ничтожной суеты.

Комментарий

Покидая столицу, поэт разрывается между конфуцианской жаждой служения праведному государю (здесь журавль — метоним служивого человека), что в реальности оборачивается «ничтожной суетой», и даосским слиянием с природой.

43

Му-вану снились дальние края,Как У-ди — десять тысяч колесниц.Достойным мужем назову ли яТого, кто дни проводит средь блудниц!То Матери-богине пир дают,То Дочь-богиня к ним заходит в зал,На яшмовых брегах они поют…Но обманул их Яшмовый фиал.Где дива были — стал теперь бурьян,И души страждут в густоте лиан.

Комментарий

От государей, отошедших от праведных канонов и предававшихся утехам, остались лишь руины, оплетенные лианами; обманул их Яшмовый кубок, обещавший вечность, и страдают их души среди руин былой роскоши.

44

Зеленой плетью слабой повиликиСтвол кипариса плотно оплетен,Ведь без него одна она поникнет,Ее поддержит в стужу только он.А дева-персик? Ей ли быть забытой,Одной сидеть, над виршами вздыхать?Горят, как яшма, юные ланиты,Черна волос уложенная прядь…Но если господин мой охладел —Каким же горьким станет мой удел!

Комментарий

Ли Бо еще при дворе, но уже ощущает свое одиночество в этом чуждом ему мире, где трудно прожить без могучего покровителя.

45

По всем краям пронесся страшный смерч,Была живому гибель суждена,Свет слабый солнца в туче не узреть,В Великой Бездне дыбилась волна.Но Феникс — выжил! Вырвался Дракон!Так где ж его цветущая земля?!Умчи меня на склоны, Белый Конь, —Петь о ростках, взошедших на полях.

Комментарий

Стихотворение передает чувства облыжно осужденного поэта. Покинув тюрьму, замененную ссылкой, он мечтает о возможности оставить суетный мир и на сакральном Белом Коне бессмертных даосов удалиться в горы, погрузившись в чистую поэзию классических образцов (идиллические «поля»).

46

Сто сорок лет страна была крепка,Неколебима царственная власть!«Пять Фениксов» пронзали облака,Над реками столицы вознесясь.Вельмож — что звезд в высоких небесах,Гостей — что туч, летящих мимо нас…А ныне — петухи в златых дворцахДа игры в мяч у яшмовых террас.Так мечутся, что меркнет солнца свет,Качается лазурный небосклон.Кто власть имеет — тот стремится вверх,Сошел с тропы — навек отринут он.Лишь копьеносец Ян, замкнув врата,О Сокровенном создавал трактат.

Комментарий

Восприятие этого стихотворения во многом зависит от датировки. Если это еще чанъаньский период государева служения, то в тексте можно увидеть панегирические элементы; при отнесении стихотворения к постчанъаньскому периоду, как полагают некоторые авторитетные исследователи, в нем начинает звучать критическая нотка противопоставления начального величия Танской империи — падению нравов при современных поэту правителях («бои петухов», «игры в мяч» как низменные забавы), чему (с самонамеком в подтексте) он противопоставляет древнего философа Ян Сюна, оставшегося верным идеалу.