Читаем Дуэль полностью

— Я буду резать вам усы, чтобы набивать моя трубка, — заявил офицер и потянулся к физиономии соседа.

Англичане все так же невозмутимо пристальным взглядом смотрели на происходящее.

Немец успел уже зажать между пальцами несколько волосков, но тут г-н Дюбюи ударом кулака поддал его руку и, схватив его за ворот, швырнул на скамейку. Он не помнил себя, вены на висках вздулись, глаза налились кровью и, продолжая одной рукой душить офицера, другой, сжатой в кулак, он неистово колотил его по лицу. Пруссак отбивался, силился вытащить саблю, обхватить врага. Но г-н Дюбюи навалился на него всей тяжестью своего живота и колотил, колотил без устали, без передышки, не глядя куда бьет. По лицу пруссака текла кровь, он задыхался, хрипел, выплевывал зубы, тщетно стараясь отшвырнуть разъяренного толстяка, спасти свою жизнь.

Англичане встали и подошли ближе, чтобы не упустить ничего. Они смотрели, любопытствуя и радуясь; еще минута, и они держали бы пари — чья возьмет.

Но г-н Дюбюи разом изнемог от такого порыва, поднялся, не говоря ни слова, и сел на место.

Пруссак настолько был испуган, ошеломлен неожиданностью и болью, что даже не бросился на него. Отдышавшись, он изрек:

— Если вы не хотеть давать мне удовлетворение на пистолет, я буду вас убивать.

— Я согласен. Когда угодно, — отвечал г-н Дюбюи.

— Это есть город Страсбург, — продолжал немец, — я буду взять два офицера как свидетели, я имею время, пока поезд не уезжаль.

М-сье Дюбюи пыхтел не хуже паровоза.

— Хотите быть моими секундантами? — спросил он англичан.

Оба ответили вместе:

— О-о! yes[3]!

Поезд остановился.

В один миг пруссак отыскал двух приятелей, те принесли пистолеты, и все отправились на крепостной вал.

Англичане поминутно вынимали часы, ускоряли шаг, торопили с приготовлениями, боясь опоздать к отходу поезда.

Г-н Дюбюи никогда не держал в руках пистолета. Его поставили в двадцати шагах от противника. Его спросили:

— Вы готовы?

Он ответил:

— Да, — и при этом заметил, как один из англичан раскрыл зонтик, чтобы спрятаться от солнца.

Раздалась команда:

— Огонь!

Г-н Дюбюи выстрелил наугад, не дожидаясь; с изумлением увидел он, что пруссак, стоявший напротив него, зашатался, взмахнул руками и, как подкошенный, упал ничком. Г-н Дюбюи убил его.

— О-о! — выкрикнул один из англичан, весь дрожа от восторга, от удовлетворенного любопытства и радостного нетерпения. Второй, тот, что не выпускал из рук часов, схватил г-на Дюбюи за рукав и маршевым шагом поспешил с ним на вокзал.

Первый англичанин твердо отбивал шаг, стиснув кулаки, прижав локти к бокам.

— Раз-два! раз-два!

Все три толстяка бежали в ряд, как три карикатурные фигуры из юмористического журнала.

Поезд трогался. Они вскочили в свой вагон. Только тут англичане сняли дорожные кепи, помахали ими над головой и трижды прокричали:

— Гип, гип, гип, ура!

После этого каждый из них торжественно пожал руку г-ну Дюбюи, а затем оба уселись рядом на своей скамейке.