Читаем Дублинцы (сборник) полностью

Бартелл Д’Арси — упоминается в «Улиссе», где даже входит в список (мнимых) любовников Молли Блум. Его прототипом послужил знаменитый дублинский тенор Бартон Макгаккин, в «Улиссе» также упоминаемый (эп. 11).

…двух принцев, задушенных в Тауэре. – Сюжет из «Ричарда III» Шекспира, убийство в 1483 г. двух юных сыновей Эдуарда IV по приказанию его брата Ричарда III.

Мисс Айворз — ее прототипом служит Кэтлин Шихи, из дублинского семейства, с которым Джойс был близко знаком.

«Дейли экспресс» — консервативная газета, враждебная ирландскому национализму; рецензии для нее писал и сам Джойс.

Аранские острова — небольшие острова на Западе Ирландии. Их население сохраняло язык и обычаи кельтской старины, и деятели Ирландского Возрождения придавали им символическое значение оплота и очага возрождаемой национальной культуры.

Коннахт — одна из западных областей Ирландии.

«Свадебный наряд» — песня Дж. Линли на мотив арии из «Пуритан» В. Беллини (1834).

папы… выгоняет из хоров женщин… – В 1903 г. Пий X принял решение об удалении женщин из церковных хоров, с передачей партий сопрано и контральто мальчикам, в соответствии с прежним порядком.

во второй части пантомимы в «Гэйети» поет… – «Гэйети» – дублинский театр-варьете; пантомимой тогда назывались представления типа водевиля, с песнями и танцами.

«Миньона» (1866) – опера французского композитора А. Тома (1811–1896) на сюжет из «Вильгельма Мейстера» Гёте.

Джорджина Берне… Титьенс… – За вычетом Джорджины Берне и Равелли, все названные имена принадлежат известным звездам европейской оперы середины и конца XIX в.

«Пусть паду я как солдат» — ария из оперы «Маритана» (см. комм. к рассказу «Мать»).

«Лукреция Борджиа» — опера Г. Доницетти (1833) по мотивам пьесы В. Гюго, «Динора» — под таким названием итальянскими труппами ставилась комическая опера Дж. Мейербера «Плоэрмельское прощение» (1859).

Паркинсон — Уильям Паркинсон, английский тенор, выступавший в Дублине в 1870-х гг.

Маунт-Меллерей — монастырь траппистов, одного из наиболее строгих аскетических орденов западного монашества, в графстве Уотерфорд на юге Ирландии.

Менее обширное время – парафраз ставшей крылатым выражением строки А. Теннисона «Обширные времена великой Элизабет».

чьей славе мир не позволит… – одна из ранних заготовок автора к «Дублинцам», часть фразы из сочинения Дж. Мильтона «Основания церковного правления против священства» (1641).

Крахмальная фабрика была у прадеда Джойса по материнской линии, мистера Флинна.

Статуя короля Билли — памятник Вильгельму III Оранскому перед зданием колледжа Тринити. Окончательно закрепивший владычество англичан, этот монарх пользовался особой неприязнью ирландских католиков.

Ах, дождик льет… – рефрен старинной ирландской баллады «Девушка из Огрима» (Огрим – местность в западном графстве Голуэй). Сюжет баллады – судьба девушки, соблазненной и брошенной с младенцем; когда она приходит к своему соблазнителю, тот не впускает ее в дом и устраивает ей допрос, заставляя оставаться под дождем с ребенком на руках. Как вспоминал Константин Каррен, Джойс часто пел эту очень длинную балладу, уверяя, что знает тридцать пять ее строф.

Сэр, а огонь очень горячий? – В первом издании 1914 г., как и во многих последующих, эта реплика относилась не к Грете, а к Габриэлу. Лишь в критическом издании Р. Шоулза, установившем окончательный текст «Дублинцев» (1968), была учтена поправка, сделанная Джойсом в гранках.

Габриэл указал на статую… – Статуя Дэниэла О’Коннелла, воздвигнутая в 1882 г.

касание ее тела, странного, музыкального, благоухающего… – набор эпитетов, который Джойс относил к Норе, к ее телу. Ср.: «А ты помнишь три слова, которые я использовал в „Мертвых“, говоря о твоем теле? Вот они: странное, музыкальное, благоухающее». (Из письма Джойса к Норе Барнакл от 22 августа 1912 г.)

Снова пошел снег. – Знаменитый финальный пассаж новеллы связан с двумя источниками – с описаниями снегопада в Песни XII «Илиады» и в зачине вышеупомянутого романа Ф. Брет-Гарта «Габриэл Конрой». Более тесное соответствие – со вторым снегопадом. Отметим также, что финал создает кольцевую структуру всего цикла, осуществляя возврат к его началу – хотя и ненавязчивый, на лексическом уровне: лейтмотивный эпитет последней фразы, faintly, тихо, мы находим и в первых фразах «Сестер».

Портрет художника в юности

Перейти на страницу:

Похожие книги

Великий перелом
Великий перелом

Наш современник, попавший после смерти в тело Михаила Фрунзе, продолжает крутится в 1920-х годах. Пытаясь выжить, удержать власть и, что намного важнее, развернуть Союз на новый, куда более гармоничный и сбалансированный путь.Но не все так просто.Врагов много. И многим из них он – как кость в горле. Причем врагов не только внешних, но и внутренних. Ведь в годы революции с общественного дна поднялось очень много всяких «осадков» и «подонков». И наркому придется с ними столкнуться.Справится ли он? Выживет ли? Сумеет ли переломить крайне губительные тренды Союза? Губительные прежде всего для самих себя. Как, впрочем, и обычно. Ибо, как гласит древняя мудрость, настоящий твой противник всегда скрывается в зеркале…

Гарри Тертлдав , Дмитрий Шидловский , Михаил Алексеевич Ланцов , Гарри Норман Тертлдав

Проза / Фантастика / Альтернативная история / Боевая фантастика / Военная проза
Хмель
Хмель

Роман «Хмель» – первая часть знаменитой трилогии «Сказания о людях тайги», прославившей имя русского советского писателя Алексея Черкасова. Созданию романа предшествовала удивительная история: загадочное письмо, полученное Черкасовым в 1941 г., «написанное с буквой ять, с фитой, ижицей, прямым, окаменелым почерком», послужило поводом для знакомства с лично видевшей Наполеона 136-летней бабушкой Ефимией. Ее рассказы легли в основу сюжета первой книги «Сказаний».В глубине Сибири обосновалась старообрядческая община старца Филарета, куда волею случая попадает мичман Лопарев – бежавший с каторги участник восстания декабристов. В общине царят суровые законы, и жизнь здесь по плечу лишь сильным духом…Годы идут, сменяются поколения, и вот уже на фоне исторических катаклизмов начала XX в. проживают свои судьбы потомки героев первой части романа. Унаследовав фамильные черты, многие из них утратили память рода…

Николай Алексеевич Ивеншев , Алексей Тимофеевич Черкасов

Проза / Историческая проза / Классическая проза ХX века / Современная русская и зарубежная проза / Современная проза