Читаем Дублин полностью

Энн отослала конюха обратно в Дублин с докладом Уолтеру о состоянии сына. Оставшись в Ратконане, она включилась в местный распорядок жизни. Днем она могла сидеть с Морисом и читать ему или еще как-то развлекать сына. Вечером О’Бирн обычно играл с юношей в шахматы. А ночью Морис спал в кухне, где за ним присматривал повар, а его мать спала наверху, в гостевой комнате, в которую, когда все засыпали, О’Бирн мог потихоньку пробраться. Один раз, когда Энн высказала опасение, что их страсть производит слишком много шума, Бриан тихо засмеялся:

— Уверяю тебя, сквозь эти каменные стены никакой звук не просочится. Хоть лев тут рычи.

Днем Энн время от времени отправлялась на прогулку, чтобы размять ноги, но поскольку у О’Бирна имелось немало дел, она редко видела его. Однако на четвертый вечер Бриан сообщил ее сыну:

— Муириш, завтра мы переводим скот в горы. Жаль, что ты не можешь к нам присоединиться.

— А мне можно? — спросила Энн. — Я всегда хотела подняться на склоны.

О’Бирн с сомнением посмотрел на Мориса:

— Да, но мы должны быть уверены, что Муириш не будет двигаться.

Морис улыбнулся. Было ясно, что он относится к О’Бирну как к любимому дядюшке.

— Я могу отвечать за свою безопасность, если повар сумеет удержать твоих детей в сторонке, — со смехом сказал он.

И в результате было решено, что Энн на целый день уйдет с пастухами в горы.

Следующее утро выдалось восхитительно теплым. Почти майским. Коровы неторопливо отправились в путь, а пастухи покрикивали на них и время от времени подгоняли палками, чтобы те не разбредались по сторонам. И хотя вышли они рано, стоял уже почти полдень, когда стадо добралось до верхнего пастбища. Но Энн наслаждалась каждым мгновением. Вокруг раскинулось необъятное высокое плоскогорье. Небо было ярко-синим. Вид на далекую прибрежную равнину изумлял. А прямо под ними горные ручьи мчались к густо поросшим лесом склонам.

После небольшого отдыха часть пастухов возвращалась обратно, и О’Бирн спросил Энн, не хочет ли она вернуться с ними.

— Я бы предпочла еще побыть здесь, — ответила она.

Какое-то время О’Бирн провел со стадом, пока не убедился, что все в полном порядке, а потом, повернувшись к Энн на глазах у оставшихся мужчин, заметил:

— Отсюда прекрасная дорога к Глендалоху. Не хотите увидеть его?

— А вы как думаете? — спросила Энн пастухов.

— О да, очень красивая дорога. Стоит того, чтобы пройтись туда, — ответили ей.

И вот, сообщив пастухам, что вскоре вернется, О’Бирн вежливо повел Энн по тропе, уходившей на юг. Он шел довольно быстро, однако Энн без труда поспевала за ним. Но вот они оказались вне поля зрения пастухов, и Бриан немного замедлил шаг и положил руку Энн на талию, и дальше они пошли в обнимку.

Когда они брели по открытым пространствам и по извилистым лощинам, Энн впервые в жизни чувствовала себя необыкновенно счастливой. Впереди виднелись горы, теплые солнечные лучи согревали ее лицо. Энн испытывала восхитительное ощущение от прикосновения руки Бриана к ее талии… и была невероятно свободной и уверенной. Все это пьянило. Она радостно засмеялась, а немного погодя что-то пробормотала, сама того не осознав, и была весьма удивлена, когда О’Бирн спросил, что она имела в виду.

— Ты сказала: «Сердце правит головой», — пояснил он.

— Я так сказала? — Энн снова засмеялась. — Да просто мой брат Лоуренс говорил это однажды. Но он ошибался.

Энн никогда еще так не радовалась жизни.

Они прошли пару миль и наконец добрались до места. Изгиб лощины естественным образом образовывал некое маленькое травянистое укрытие около горного ручья, защищенное еще и окружавшими его деревьями и камнями. Не дожидаясь О’Бирна, Энн подобралась к самой воде. Постояв там немного, она сняла туфли и шагнула в ручей. Вода оказалась холоднее, чем она ожидала, и, когда Энн вышла на берег, ступни слегка покалывало от холода. Энн смеялась. Она сделала несколько шагов к укрытию среди камней. Босыми ногами она ощущала траву. О’Бирн сидел на камне чуть выше и наблюдал за ней.

Энн чуть отвернулась. Расстегнуть пряжку на плече было совсем нетрудно. И через мгновение ее одежда уже упала на землю. Энн глубоко вздохнула, ощущая ласку ветерка на обнаженной груди. И закрыла глаза. Теплый воздух нежно касался ее спины, ног, каждой клеточки ее тела. Энн слегка вздрогнула, а потом повернулась, чтобы посмотреть на О’Бирна. Он все еще неподвижно сидел на камне, глядя на нее. Энн улыбнулась.

— Не спустишься оттуда? — спросила она.

— Пожалуй, могу. — Он легко соскользнул с камня.

Бриан был сильным, думала она, но при этом гибким, как кошка. И вот он уже стоит перед ней. Энн почуяла легкий запах пота на его груди.

— Должна ли я и тебя раздеть? — игриво спросила она, и Бриан улыбнулся:

— А тебе хочется?

— Хочется, — призналась Энн.