Читаем Дублин полностью

Конечно, он был прав. Схватки было не избежать, потому что ни одна из сторон не желала уступать другой. Поначалу это было просто неприятным, но не слишком грозным конфликтом, в особенности когда члены ИРА стали время от времени устраивать стычки с полицией, вплоть до перестрелок. Но потом жару добавил некий молодой человек из Ирландского революционного братства, Майкл Коллинз, начавший организовывать дерзкие налеты и спонтанные забастовки, чем сразу стал широко известен. И все равно это было не слишком массовым явлением. Британское правительство наконец-то договорилось с ольстерскими протестантами, разрешив северным графствам создать собственный парламент. Но это означало, что католики в Ольстере снова оказались под властью привилегированного класса протестантов, как это было в XVII и XVIII веках. И вскоре в Ольстере начались бунты.

Но остальная Ирландия столкнулась с другим, куда более ненавистным вторжением. Оно началось в январе 1920 года.

— Если уж им так понадобилось присылать помощь, — жаловался Шеридан Смит, — то неужели они не могли набрать для этого людей получше?

Черно-рыжие. В основном это были бывшие солдаты и моряки, быстро призванные на службу, то есть на самом деле наемники, присланные для того, чтобы бороться с партизанскими вылазками Ирландской республиканской армии Коллинза. Когда они нанимались на эту службу, то их одевали в некую особую форму: камуфляжные желтовато-коричневые брюки и зеленый полицейский френч с широким черным поясом. Это уродливое сочетание цветов вскоре и привело к тому, что они получили кличку Черно-рыжие. К концу года в Ирландии их было уже десять тысяч. А игра велась очень простая: нападать и мстить. Сначала стрелять, а потом задавать вопросы. Подозрение доказано, если подозреваемый мертв. Они во многом совершенно не обращали внимания на закон и правосудие. Когда Коллинз и его ударный отряд поймали и убили нескольких британских офицеров разведки воскресным ноябрьским утром, Черно-рыжие не стали утруждаться поисками самого Коллинза. Они просто окружили футбольную площадку на дублинском стадионе «Кроук-Парк» и открыли огонь по толпе зрителей. И двенадцать ни в чем не повинных человек были убиты.

Если Черно-рыжие хотели напугать людей, им это удалось, Если они желали произвести впечатление, то этого не получилось, потому что их презирали. Зато если уж они имели хоть какие-то доказательства того, что вы принадлежите к «Шинн Фейн», то пускались за вами в погоню, как стая бешеных собак.

Утром через пять дней после инцидента на стадионе «Кроук-Парк» Кейтлин услышала стук в парадную дверь дома. Она была в холле и сама открыла. К ее удивлению, в дом вошел Вилли О’Бирн и, быстро захлопнув за собой дверь, сказал:

— Ты не хотела бы спасти мне жизнь?

— Если объяснишь почему.

— У меня мало времени. Я подстрелил одного Черно-рыжего из тех, что были на стадионе «Кроук-Парк». И его дружок погнался за мной. Я пытался и его убить, но к нему подоспело подкрепление. Так что я ускользнул от них всего минуту назад, в переулке. Но я уверен, они теперь пойдут от дома к дому. К несчастью, они меня знают.

— По имени?

— И в лицо. — Вилли оглянулся на окно. — Мне лучше спрятаться. Если, конечно, ты не хочешь, чтобы я вышел и столкнулся с ними.

— Сюда. — Кейтлин показала на утреннюю гостиную, расположенную в задней части дома, окнами в сад.

— Самое смешное в том, что ты ни за что не догадаешься, как зовут человека, который за мной гонится. Надо было мне сначала стрелять в него, а уж потом в другого.

— Так скажи.

— Виктор Бадж. Наследник старой леди. Уволенный из армии. Это настоящий дьявол. Да, надо было мне…

Раздался стук в дверь. Кейтлин соображала быстро:

— Если пройдешь через сад, там переулок, сзади. Но…

— Точно. Они там поставили кого-нибудь.

Кейтлин посмотрела на окно гостиной. На нем висели длинные тяжелые шторы, спадавшие до самого пола и по светской моде ложившиеся на ковер, как шлейф платья. Они просто сами предлагали укрытие.

— Встань там и не шевелись! — велела Кейтлин.

Ей действительно приходилось соображать очень быстро.

Через мгновение горничная доложила, что какие-то солдаты хотят войти в дом. Кейтлин села в кресло с высокой прямой спинкой, стоявшее в середине комнаты:

— Так впусти их.

Солдат было с полдюжины. И с ними офицер, крупный мужчина с грубым лицом. Кейтлин улыбнулась ему.

— Мы ищем одного беглеца. В этот дом кто-нибудь входил?

— Только вы. Но что за беглец? Мне грозит опасность?

Мысль о том, что девушке может грозить опасность, солдат не заинтересовала.

— Просто один темноволосый парень. — Офицер обшаривал взглядом комнату.

— Я графиня Кейтлин Бирн. А вы, сэр?..

— Прошу прощения. Капитан Бадж.

— Бадж? — Лицо Кейтлин вспыхнуло радостью, как будто она всю жизнь только и делала, что ждала этой встречи. — Вы не родня миссис Бадж из Ратконана? Ой, наверняка родня!

— Да, она моя тетя. — Манеры офицера изменились, слегка смягчившись.