Читаем Друзья бога полностью

Возвращение домой больше всех обрадовало Барбароссу. Когда Топо и Андреа только приближались к вилле, наблюдая за жизнью в Порт-Ройале из кареты, кот внезапно оживился и, не дождавшись конца пути, выпрыгнул в окно экипажа и побежал к дому. Друзей он встретил сидя на пороге с важным видом, словно ждал их много лет, не сходя с места. Прислуга, которую известил неведомо кто, уже полным ходом готовила праздничную трапезу, помещение внутри виллы блестели чистотой и свежестью. Даже в канун Рождества жара не спадала, и тенистая вилла была для друзей райским пристанищем после многомесячного путешествия. Барри, набегавшись по саду и наведя строгий порядок среди расплодившихся мышей, тоже отдыхал, свернувшись клубком у ног Андреа. А Топо, пуская в потолок кольца сигарного дыма, устроился в глубоком кожаном кресле и предавался мечтам.

— Андреа, а как ты думаешь, может, нам стоит пойти на родину, я за столько лет соскучился по итальянским берегам… — не глядя на товарища, произнес Топо.

— Что-то ностальгия в тебе поздно проснулась. — Андреа, думая о том, что через два дня ему предстоит очередной поход, не хотел отвлекаться на что-то другое.

— Ну, проснулась. В Модену бы зашли…

— А это зачем?

— Помнишь, я рассказывал, как мы, пока ты скорпионов по лесам ловил, спасли герцога Моденского? Так вот дочка его, Анна, меня в гости звала. Кстати, обещала мне судьбу устроить, отправить на учебу. Я бы мог стать настоящим морским офицером.

— Топо, не нуди. Ты настоящий офицер. Я тебе присвоил звание лейтенанта, — возмутился Андреа. — Я же не ищу ту девушку, из Саутгемптона. Придет время, и мы встретимся.

— Ну, ты бы мог с таким же успехом присвоить мне звание адмирала. Ты даже патент мне не выписал. А мог бы, кстати. А мне, может быть, хочется не только саблей махать при абордаже. Я, может быть, хочу учиться. — В голосе Топо появились нотки легкой обиды. — А ты все еще про детство вспоминаешь? Какой-то ты… наивный.

— Для этого надо плыть в Италию? А что тебе мешает учиться здесь? Вон книжки, пушкарь Мокей научит тебя канонирскому делу так, что тебе не будет равных на море.

— Ясно, — буркнул Топо. — Тоже мне друг называется.

— Слушай, я тебе завтра лейтенантский патент от самого Моргана дам! И вообще мне послезавтра уходить надолго в море, даже не отдохнув толком. Не надо жаловаться на жизнь.

— А мне сидеть тут, на вилле, кота дрессировать? Девок из таверны гонять? Мне двадцать лет! Я должен в таком возрасте уже достичь многого, а ты…

— Топо, давай договоримся так. Пока я буду на Малагу ходить, ты займись ремонтом «Диссекта». Заодно изучишь корабельное дело. Раз ты так хочешь учиться. Потом, когда я вернусь, мы поговорим, да? Я могу заодно, чтобы ты не скучал, нанять тебе учителя танцев.

— Да ну тебя. — Топо сделал вид, что обиделся.

Он отвернулся и, достав из-под рубахи медальон Анны, стал рассматривать его, щурясь в сумраке вечерней виллы.

Андреа взошел на борт «Ямайского купца» ранним утром 14 декабря. Капитан Кид Ричардз сдержанно поприветствовал гостя и показал ему пассажирскую каюту. Через час, подняв стакселя, шхуна осторожно вышла из бухты и, развернувшись, полным ходом пошла в обход Ямайки на северо-восток, к Эспаньоле. Переход занял всего несколько дней, и Андреа даже не успел заскучать от безделья, как на горизонте замаячил пологий берег Эспаньолы. Команда «Купца», не сильно напрягавшаяся весь переход, сейчас оживилась, готовясь обойти северную оконечность острова.

— Вот смотрите, молодой человек, мои люди очень нервничали, когда узнали, какого пассажира им придется взять на борт. — К Андреа, стоящему на квартердеке, подошел Кид. — Но ведь суеверия — это глупость! Моя воля выше суеверий.

— А почему? Почему они нервничали?

— Да все сказки про Великого Морского Змея, который за вами якобы охотится.

— Конечно, сказки. Не может же тупое создание охотиться за мной специально. Просто мне не повезло быть в тех местах, где это чудовище резвилось. Ведь в походе вокруг Америки ничего подобного не было.

— То есть вы хотите сказать, что это все было на самом деле? — Капитан Ричардз осклабился ироничной улыбкой, сверкнув золотым зубом.

— Вы сомневаетесь в моей честности? — вспылил Андреа.

— Я? Ни в коем случае. — Кид как бы невзначай положил руку на эфес. — Но я знаю, что моряка с корабля просто так за борт не выбрасывают.

Андреа и Ричардз смотрели друг другу в глаза, и напряженность между ними росла. Непонятная агрессивность капитана вызывала недоумение и обиду. Но внезапно Кид побледнел и окаменел, глядя куда-то за спину Андреа.

— Хр… — только и смог выдавить из себя Ричардз.