И праздник, надо признать, удался на славу. Именно в тот день у Назии завязалась крепкая дружба с Салли Моттишхед – ее первая английская дружба. Родители ужасно переживали. Назия уломала Шарифа купить ради торжественного случая проигрыватель – уламывать пришлось, потому что газонокосилку покупали совсем недавно. И, конечно же, пришлось приобрести еще и пять пластинок. Моцарт, Бетховен, «Звериный карнавал», еще какая-то классика, исполняемая на синтезаторе Муга, и «Битлз». И два поп-певца – Демис Руссос и Элтон Джон, который поет «Don’t Go Breaking My Heart» дуэтом с Кики Ди, их можно поставить вместе с «Битлз», если девочки захотят потанцевать. Жара в день рождения Аиши стояла страшная! Мороженое до последнего момента держали в морозилке, и Назия предложила детям кролика из красного малинового желе на подушке из кусочков зеленого (лаймового) желе, изображавших траву. Шариф был потрясен, увидев кролика накануне. Откуда вообще такая задумка? Оказалось, из книги «100 идей для детских праздников», купленной в магазине «У Хартли Сида» на прошлой неделе. Там было столько всего интересного! Колбаски-чиполата, как выяснилось, делают из свинины. Аиша настояла на своем. Чиполата – это вкусно и sine qua non[66], отметил Шариф позже. Значит, они будут подавать на стол свиные колбаски, и дедушка Аиши будет вертеться в гробу. «Я одну попробую, – бесстрашно заявил Шариф. – Кажется, мне уже доводилось нечаянно съесть что-то свиное в столовой». Они составили расписание игр, поставили стол для подарков и открыток. Аиша глядела в окно и твердила: «Уже три часа, уже три часа, а я просила их прийти пораньше, я все поняла – вообще никто не придет», когда к дому подъехала бордовая «Астра» и из нее выскочили малышка Кэролайн и Джули, которая жила в трех домах от лучшей подруги Аиши, правда, девочки ее особо не любили. Мать Кэролайн тоже вышла из машины, поздороваться с мамой и папой Аиши – как чудесно, наконец-то можно нормально познакомиться! Когда подъехала, осторожно протиснувшись мимо матери Кэролайн, вторая машина, Кэролайн и Джули как раз убежали в дом, где принялись восхищаться платьем Аиши и хвастаться собственными нарядами. Платье на Аише было очень милое, цвета морской волны, с рисунком из бабочек, а туфли – белые. На второй машине, похоже, приехала Сьюзен. Аиша уже начала выпендриваться перед девочками – было слышно, что в доме включили новый проигрыватель и поставили пластинку с Элтоном Джоном и Кики Ди. «Какой чудесный дом! – сказала мать Сьюзен, направляясь к ним по дорожке (Сьюзен чуть ли не бежала впереди). – …И… Боже ты мой, когда вам рожать?» Все повторяли, что лето в этом году выдалось совершенно потрясающее и что девочки, пришедшие на день рождения к Аише, запомнят его навсегда. Учебный год завершался светским триумфом. Шариф и Назия стояли перед домом, улыбаясь прибывающим родителям и их дочерям, такие дружелюбные, а Назия – вдобавок совершенно измученная болью в распухших ногах. Праздник вышел безупречный – в этом досконально изучившая вопрос Назия не сомневалась. А еще их с Шарифом переполняло радостное волнение из-за подарков, которые ждали их обожаемую дочь. Аише наверняка все понравится: и набор юного химика, и фисгармония, на которой она сможет играть свои любимые старинные мелодии.

Глава двенадцатая

1

Большинство университетских зданий располагалось внутри западных пригородов. Центральные постройки образовали площадь из тех, что называют «плаза» или «пьяцца», по обеим сторонам проезжей части; старейшим было величественное здание красного кирпича, к которому в пятидесятые пристроили библиотеку и студенческий клуб, а также Башню искусств со знаменитым лифтом-подъемником в модернистском стиле. Чаще всего, однако же, для факультетов покупали викторианские особняки: после Второй мировой их владельцы вряд ли представляли себе жизнь на прежнем уровне, и их дома стали отличным приобретением; их перестроили под кабинеты, классные комнаты, лаборатории. Здание факультета музыки получило огромный дом на фешенебельной улице в Брумхилле. В прежней бильярдной разместились напичканная электроникой студия звукозаписи и репетиционный зал. Факультет физики занял потемневший от времени особняк, внутреннее убранство которого разделили на секторы, а снаружи кое-что пристроили: вместо зимнего сада возвели современные и куда более нужные факультету демонстрационно-экспериментальные помещения. Говаривали, что раньше здешний сад располагался почти на двух гектарах земли. Университет, к огромному сожалению Стива Смитерса, коллеги Шарифа, счел, что инженеры вовсе не нуждаются в прогулках среди деревьев между занятиями. Вместо сада они получили небольшую парковку, лекционный зал и мастерские, а оставшуюся землю отдали под нужды университетских спортсменов. Частенько лекции проходили под аккомпанемент свиста, криков боли и ругательств, сопровождающих ожесточенные футбольные баталии.