Читаем Друид полностью

— Да, — ответил я, — боги благоволят к тебе. Ты считаешь, что, будучи великим понтификом, имеешь право разорять храмы и присваивать себе драгоценности, принесенные в жертву бессмертным. Но я бы посоветовал тебе как следует подумать. Цезарь, ты сам прекрасно знаешь, что в Риме у тебя есть как верные друзья, так и заклятые враги. Если хочешь, можешь сравнить обитель богов с Римом: одни хотят помочь тебе, другие с нетерпением ждут дня, когда им удастся тебя уничтожить. Поэтому будь крайне осторожен, Цезарь. Ты отнесся к нашим священным местам без должного почтения. Ты и твои солдаты совершили поступки, на которые не отважился бы ни один кельт. Каждому из моих соплеменников хорошо известны принадлежащие богам водоемы, в которые мы бросаем жертвы, приносимые им. Из этого никто не делает тайны, поскольку ни один кельт ни за что на свете не позволит себе посягнуть на собственность бессмертных.

— Что происходит с теми, кто все же присваивает сокровища ваших богов?

— Таких наглецов ждет жестокое наказание.

— Вы живьем сдираете с них кожу и бросаете в бочку с солью?

— Нет, Цезарь. Смерть — это не наказание. Кельту, решившему обогатиться, отобрав у богов то, что принадлежит им по праву, запрещают участвовать в церемониях, во время которых мы приносим жертвы и восхваляем бессмертных. Это значит, что он больше никогда в жизни не сможет обратиться к богам с просьбой помочь ему. Такое наказание хуже, чем сто смертей.

— Друид, не забывай, что боги покровительствуют мне! Поэтому я могу делать то, на что не отважится ни один кельт.

— Но и ты, Цезарь, не забывай, что мои боги защищают меня, — пригрозил я. Но проконсул не воспринял эти слова как угрозу. Он встал на ноги и вновь взял меня за руку.

— Друид, скажи, правда ли, что у вас, кельтов, есть боги, которые родились простыми людьми?

Я молча кивнул.

Цезарь задумался. Через несколько мгновений он поднял брови, словно чему-то удивляясь, и сказал:

— Пожалуй, ни один смертный не знает, зачем боги свели наши судьбы.

Проконсул открыл стоявший в углу сундук, окованный железом и украшенный бронзовой чеканкой. Сундук был таким огромным, что в нем наверняка без труда поместился бы взрослый мужчина. Достав оттуда два туго набитых кожаных кошелька, Цезарь положил их передо мной на стол.

— Открой их, друид!

Я развязал один из кошельков и заглянул внутрь. Он был наполнен тяжелыми золотыми монетами, которые, по-видимому, совсем недавно отчеканили в Риме.

— Эти монеты из римского золота, а не из того, которое мои легионеры отобрали у кельтов и их богов, — усмехнулся Цезарь. — Теперь это золото принадлежит тебе.

Я с недоверием взглянул на проконсула. Он предложил мне подарок, который мог сделать только царь.

— Благодарю тебя, Цезарь, — сказал я, понимая, что стал обладателем целого состояния.

— Я слышал, что ты задолжал определенную сумму какому-то торговцу из Массилии…

Я не смог сдержать улыбку. И это говорит человек, который совсем недавно должен был выплатить баснословную сумму всем, у кого занимал деньги! Насколько мне было известно, в Риме больше никто не имел такого огромного долга — Цезарь поставил своеобразный рекорд. Интересно, сколько бессонных ночей он провел, пытаясь придумать, как рассчитаться со своими кредиторами? Почему он вдруг решил побеспокоиться о моих долгах?

— Да, — сказал я, — но в соответствии с договором я должен выплачивать свой долг равными долями, а не весь сразу. Каждый месяц я плачу определенную часть. Такое условие поставил Кретос, поэтому еще некоторое время я буду оставаться его должником. Кроме того, я обязан оказывать ему определенные услуги.

— Через несколько лет, — усмехнулся Цезарь, — ты сможешь без труда купить торговый дом Кретоса в Массилии. У твоих ног будут лежать нубийские рабыни, а твою левую лодыжку украсит полумесяц.