Читаем Дронго. Книги 21-40 полностью

— Теперь я могу рассказать вам, что там случилось. Вчера ночью я по очереди беседовал с каждым проживающим в гостинице. Конечно, следователи тоже говорили с ними, и я не могу пожаловаться на их профессионализм. Но все дело в том, что они воспринимали показания каждого из свидетелей в отдельности. Не как единое целое. То есть они привыкли анализировать действия каждого из свидетелей и факты, которые становятся известны. А нужно было обратить внимание на некоторые детали в показаниях свирелей и сопоставить их друг с другом. Это не так сложно, как думают иногда, но почему-то никто этого не делает.

— Может, хватит нам объяснять ваши методы анализа? — прервал его Потапов. — Рассказывайте к какому выводу вы пришли.

— Дело в том, что я обратил внимание на кровать Низаметдинова. Она стоит рядом со стеной, за которой был номер консула. В момент убийства Низаметдинов лежал на постели. Даже если он говорил по своему мобильному телефону и был включен телевизор, то и тогда он должен был услышать крик консула о помощи. Я посмотрел его аппарат. У него хороший телефонный аппарат системы «Панасоник». И ему не нужно было напрягать слух, чтобы услышать то, что хочет сказать его собеседник. Следовательно, он мог услышать и крики о помощи.

— Вы хотите сказать, что я вам врал? — разозлился Низаметдинов.

— Нет, не врали, хотя так откровенно хамили следователям, что они сделали вывод о вашей причастности к этому преступлению. Теперь я понимаю, что вы просто нервничали, подполковник.

— Это не ваше дело, — разозлился Низаметдинов, которого Дронго опять назвал подполковником.

— Кроме того, супруги Токарчук, приехавшие очень поздно, рассказали, что слышали даже, как работали мастера в другом номере. Низаметдинов должен был услышать хотя бы шум борьбы. Но он ничего не слышал. Меня насторожил это факт.

Затем я поднялся наверх. В номер, где жиду двое командированных. Они рассказали мне о том что здесь иногда можно весело проводить время и встречаются девицы, которых можно вызвать к по телефону. Разумеется, следователям они таких подробностей не стали бы сообщать, да их, впрочем, и не заинтересовали бы эти пикантные нюансы. Но мне один из них рассказал об этом, добавив, что вчера почему-то девушки их подвели. Меня заинтересовал и этот факт. Почему они не пришли именно в этот вечер? У них не бывает перерывов в работе. Там обычно круглосуточная вахта. И меня насторожило это обстоятельство.

Третий командированный — Колышев — рассказал мне, что спускался вниз один раз и слышал, как спорили консул и Низаметдинов. Я узнавал у дипломатов, они утверждали, что двери номера консула всегда были закрыты. Но Колышев, который спускался вниз, слышал шум в номере консула. Я перепроверил. В этот момент консул был еще жив и действительно разговаривал с Низаметдиновым. Однако Валидов вспомнил, что Колышев спускался вниз два раза. Я еще раз поговорил с Колышевым, и он вспомнил, что действительно спускался вниз два раза. Он сказал мне, что ему должны были привезти конверт и он спускался за ним. Однако почему-то вахтер и милиционер, которых допрашивали следователи, забыли рассказать о том, что Колышеву должны были привезти конверт. Они не упомянули и о водителе, который привозил еду и выпивку для обоих командированных. Наконец, они не сказали ничего и о трех малярах, которые работали в ремонтируемом номере. Из этого я сделал вывод, что и вахтер, и милиционер вольно или невольно поддались так называемому гипнозу «своего человека».

Это происходит, когда человек, примелькавшийся в данном месте, не обращает на себя внимания, как привлек бы внимание любой чужой. Чужих в этот вечер в гостинице действительно не было. Были три маляра, водитель, живущие в отеле командированные и девушка или две девушки, которые пришли по вызову к двум командированным на третий этаж. Помните, он сказал, что вечером они их подвели? Я думаю, что была одна девушка. Милиционер и вахтер знали, что сюда вызывают девушек, и не остановили ее. Она вошла в гостиницу, но поднялась на второй этаж вместо третьего. Дверь консул обычно не закрывал. Она была только прикрыта. Девушка вошла в комнату. Консул, увидев ее, разумеется, не стал звать на помощь. Наоборот, он старался не шуметь, помня о том, что подполковник Низаметдинов, очевидно, приставленный к нему в качестве соглядатая, находится за стеной. Девушка подошла к нему и выстрелила два раза. А потом сделала третий, контрольный, выстрел. Я сегодня поговорил с другим вахтером. Он мне подтвердил, что девушки приходили к командированным Довольно часто и на это все закрывали глаза, так как девицы платили и вахтерам.