Вот сейчас, кажется, он пытается удрать. Дурачок, куда он денется, по номеру его сразу найдут.

Действительно, водитель врезавшейся в них «девятки» довольно быстро смекнул, в чем дело, и, отстегнув ремни, вылезал из автомобиля.

— Я ему сейчас накостыляю, — разозлился шофер пострадавшего автомобиля, хватаясь за ручку дверцы.

— Нельзя выходить, — придержал его за руку старший инкассатор, — может, это уловка, засада. Через полминуты здесь будет милиция. Давай подождем, а потом можешь делать с ним все что хочешь.

Водитель злосчастной «девятки» между тем, обойдя свой автомобиль, скрылся в ночной темноте.

— Вот он сейчас убежит, а таких на месте давить нужно, — уверенно сказал шофер «Вольво». Ничего, я его в лицо запомнил.

Артем, чуть прихрамывая, спешил на другую улицу. По дороге, он содрал приклеенные усы и кепку, которую никогда не носил. Он спешил к автомобилю Измайлова, оставленному его товарищами недалеко от банка.

Еще через двадцать секунд на месте происшествия уже стояла машина сотрудников ГАИ. Через минуту приехала еще одна, и довольно быстро удалось выяснить, что ударившая фургон «девятка» вчера вечером была похищена и соответствующее заявление владельца машины уже находилось в милиции.

Разумеется, за это время никому и в голову не пришло позвонить в банк и предупредить их о том, что машина с деньгами задерживается.

В это время другой автомобиль подъехал к банку. Ворота были уже открыты, его ждали. Машина въехала задом в открытые ворота, к самым дверям банка, как обычно. Открылись двери, и дежурный, увидев знакомое лицо Миленкина, приветливо поздоровался с ним.

— Все в порядке, — сказал он, обращаясь к двум охранникам. И это были его последние слова. Миленкин и Высоченко, подняв автоматы с уже надетыми глушителями, прошили автоматными очередями всех троих.

— Быстрее, — приказал Высоченко, и из кабины водителя выскочил Вася Ключ, направлять к хранилищу. Измайлов остался за рулем машины, внимательно наблюдая за улицей. Стоявший на улице у входа в банк милиционер приветливо поднял руку. Ему было холодно, и он хотел немного размяться. Но отходить от дверей банка, пока не уедет машина, ему было нельзя, и поэтому он только поднял руку.

Измайлов в ответ тоже поднял руку, взглянув на часы. Пока все шло по плану. В самом банке в это время Высоченко и двое бандитов спешили к хранилищу.

Вася довольно быстро сумел открыть сейф, но здесь произошло непоправимое. Ключ был полностью поглощен сейфом, и в этот момент за его спиной послышались чьи-то шаги. Бандит не повернулся, решив, что это прибежал Миленкин. И удивился, услышав крик:

— Стой, стрелять буду!

Высоченко обернулся, но было уже поздно. Появившийся третий охранник не растерялся и первым же выстрелом уложил Васю на пол. Высоченко пришлось прыгнуть, чтобы выбить пистолет из его рук. Но прыгнул он слишком поздно.

Охранник успел дважды выстрелить, и Высоченко заметил, как характерно дернулся Вася, свалившись на пол. Высоченко отбросил пистолет охранника ногой и, развернувшись, ударил его по лицу. Но тот чуть увернулся, и удар получился скользящим.

Третий охранник был бывшим десантником, и Высоченко сразу понял, что молодой человек хорошо подготовлен. Он понял, что победить только умением будет достаточно сложно. Парень был молодой, сильный, хорошо тренированный. Нужно было применить весь свой опыт. Именно поэтому полковник чуть отступил, сделал вид, что споткнулся, и, когда радостный охранник ринулся к нему, чтобы добить, полковник упал, выхватив свой пистолет, и выстрелил несколько раз в сильного, но недалекого парня. Тот рухнул как подкошенный.

И именно в этот момент на звук выстрелов вбежал еще один человек.

Высоченко обернулся, чтобы выстрелить, и замер. Перед ним стояла молодая женщина с широко раскрытыми глазами. Но дело было не в ее глазах. Дело было в ее животе. Она была беременна. На полу лежали два трупа. Миленкин копался где-то в другой комнате, а полковник стоял, сжимая пистолет и все еще не решаясь выстрелить. А напротив него стояла беременная женщина. И он впервые в жизни не знал, что ему делать…

Глава 17

Низаметдинов открыл дверь не сразу — очевидно, он одевался. Потом, распахнув дверь, демонстративно посмотрел на часы.

— Вы знаете, который сейчас час? — спросил он. — Неужели вы не могли прийти завтра утром?

— Нет, — в тон ему ответил Дронго, — или вам действительно неинтересно, кто убил вашего консула?

— Не говорите так громко, — вспыхнул Низаметдинов. — Заходите в комнату и скажите все, что вы хотите мне сообщить.

Он посторонился, пропуская Дронго, который не мешкая прошел к нему в комнату. Здесь царил беспорядок. Постель была смята. Очевидно, Низаметдинов все-таки спал. На столике рядом с кроватью лежал мобильный телефон.

— Какое у вас ко мне дело? — нервно спросил Низаметдинов. — И не нужно называть меня подполковником. Я понимаю, что вас прислали для розыска самолета, и очень уважаю нашего заместителя министра, но совсем не обязательно всем знать мое звание. Они не знали, что я представитель Министерства безопасности.