Читаем Древний странник полностью

Квинт пробился сквозь толпу и обернулся.

— Позор! — закричал он. — Профессор стоит тысячи таких, как вы. Можете стоять и смотреть, как Высочайший Академик погибает! Но я не могу!

— Квинт! — Догнавшая его Марис сжала его локоть. — Ты забыл. Огонь. Ты сам знаешь, как действует на тебя вид огня. Ты не сможешь. Если уж эти учёные не спасут своего Высочайшего Академика, то это сделаю я. — Она презрительно глянула в сторону толпы и зашагала ко входу Дворца.

Квинт остановил её:

— Я сын капитана воздушных пиратов. Высота — моя жизнь.

— Но огонь, Квинт.

— Я справлюсь. Я нужен твоему отцу. — Он повернулся и понёсся ко входу.

— И мне тоже… — прошептала Марис ему вслед.

Достигнув входа, Квинт не вошёл в дверь, а бросился к витой колонне справа от неё. Он быстро карабкался по колонне. Толпа заволновалась. Квинт добрался до верхушки колонны и оказался на балконе второго этажа.

— Теперь на следующий балкон! — крикнул кто-то. — Нет! По водосточной трубе к Центральной Башне!

Но Квинт сам знал, что делать. Ни на секунду не задерживаясь, уклонившись от пламени, вырывавшегося из разбитых окон, он вспрыгнул на ограждение балкона. В следующее мгновение площадь ахнула, не веря своим глазам: юный ученик совершил противоречащий законам тяготения прыжок на соседний балкон.

Марис изумилась вместе со всеми и сморгнула с глаз слёзы. Хотя Квинт и боялся огня, жизнь на корабле воздушных пиратов сделала его первоклассным верхолазом без малейшего страха перед высотой.

Квинт перепрыгнул на следующий балкон. И ещё раз. И ещё, на последний.

— Но зачем? — спрашивали в толпе. — Почему он не пошёл сразу вверх?

Это стало понятно, когда Квинт добрался до последнего, ближайшего к углу балкона. Он был таким же, как и все остальные, но была на нём одна вещь, которой не было на других балконах. Это был флагшток. Квинта интересовали не сами сигнальные флаги, трепыхавшиеся на ветру, а шнур, на котором эти флаги были закреплены. У Квинта не было пиратского абордажного крюка, и приходилось на ходу выдумывать. Удалив верёвку, Квинт смотал её и накинул на плечо. Затем он взобрался на нижний парапет. Отсюда, используя согнувшийся прут громоотвода, он перебрался на арку над окнами и на широкую плиту, выступавшую из раковинообразной ниши.

— Он почти добрался… — взволнованно бормотали в толпе. — Но самое трудное впереди…

— Что он делает?.. — спросил кто-то.

— Он пытается накинуть петлю на колонну парапета, — объяснил кто-то другой. — Он хочет взобраться туда…

Марис видела, как взлетает и срывается верёвочная петля. Второй раз… третий… Ну, ну же… С седьмой попытки петля затянулась на основании декоративной колонны. Квинт натянул шнур. Толпа задержала дыхание. Марис беззвучно молилась. В следующий момент все ахнули. Квинт оторвался от плиты и повис в воздухе, пядь за пядью поднимаясь по шнуру, в дымном воздухе, с развевающейся на ветру накидкой.

Над ним они видели профессора, размахивавшего руками отчаяннее, чем до сих пор. Пламя приближалось. Если отважный ученик не успеет, он и его профессор погибнут.

Марис закрыла глаза. Она просто больше не могла на это смотреть. Через мгновение радостный крик заставил её взглянуть вверх. Квинт был на балюстраде.

— Благодарение Небу! — пробормотала она.

— Но где отец? — Она внимательно осмотрела парапет, но Линиуса видно не было. Возможно, он отступил назад и скрылся из виду.

В этот момент раздался треск и от верха здания откололся громадный треугольный кусок. Он падал, охваченный пламенем и густыми клубами дыма. Когда дым немного рассеялся, Квинта нигде не было видно.

— Всё в порядке, профессор, — сказал Квинт. — Но у нас мало времени. Идите сюда, я обвяжу вас верёвкой. Скоро мы… Куда вы, профессор? Вернитесь!

Линиус молча повернулся и отступил за башню. Квинт занервничал. Жар от огня обжигал лицо — и всё же мороз пробрал Квинта до костей. Всё то, что он испытал при подъёме, бледнело в сравнении с ужасом, который охватил его сейчас. Квинт глянул вниз. Он увидел Марис, взгляд которой был устремлён на него. Неудачи не будет! Нет!

— Профессор! — закричал он. — Подождите!

В этот момент раздался сильный взрыв.

Квинт еле увернулся от потока осколков, летевших на него. От дыма слезились глаза. Горло обжигал раскалённый воздух. Он двинулся за Линиусом.

— Профессор! — задыхался он. — Подождите, пожалуйста!

Тут Квинт увидел его. Почти небрежно он стоял, прислонившись к башне.

— Профессор, выслушайте меня, — просил Квинт, стирая жгучие слёзы. — Нам надо поскорее уходить отсюда.

Но Линиус не внял настоятельной просьбе Квинта.

— Так быстро? Но ты только что появился. Присядь, отдохни, друг мой.

— Вы не понимаете! Здание вот-вот обрушится! — настаивал Квинт.

Профессор покачал головой:

— Брось, Квинт. В ногах правды нет, присядь у огонька и погрейся в эту прохладную ночь. — Он театральным жестом потёр руки. — A-а, огонь!.. Я чувствую страх, Квинт. Ты в ужасе, не так ли?

Квинт отвернулся, содрогнувшись. Язык профессора жадно лизнул воздух.

«Бедный Линиус, — думал Квинт в отчаянии. — Пожар окончательно выбил его из колеи». Он снова повернулся к профессору: