Читаем Древний Рим полностью

На этот вопрос не имели однозначного ответа даже древние авторы. В V веке до н. э., когда этрусская цивилизация еще процветала, греческий историк Геродот, которого называют «отцом истории», записал интересные свидетельства. В своей знаменитой «Истории», посвященной в основном Греко-персидским войнам, он сообщил много ценной информации и о жизни других народов. В числе племен, втянутых в круговорот событий вокруг Греко-персидских войн, Геродот упоминает и жителей Малой Азии – лидийцев. «В царствование Атиса, сына Манея, была большая нужда в хлебе по всей Лидии. Вначале лидийцы терпеливо сносили голод; потом, когда голод не прекращался, они стали измышлять средства против него, причем каждый придумывал свое особое. Тогда-то, говорят они, и были изобретены игры в кубы, в кости, в мяч и другие, кроме шахматной игры; изобретение шахмат лидийцы себе не приписывают. Изобретения эти служили для них средством против голода: один день они играли непрерывно, чтобы не думать о пище, на другой день ели и оставляли игру. Таким способом они жили восемнадцать лет. Однако голод не только не ослабевал, но все усиливался; тогда царь разделил весь народ на две части и бросил жребий с тем, чтобы одной из них остаться на родине, а другой выселиться; царем той части, которая по жребию оставалась на месте, он назначил себя, а над выселившимися поставил сына своего, по имени Тиррена. Те из них, которым выпал жребий выселиться, отправились в Смирну (древний город на побережье Малой Азии), соорудили там суда, положили на них нужные им предметы и отбыли отыскивать себе пропитание и местожительство. Миновав многие народы, они прибыли наконец к омбрикам (племенам, населявшим в древности область Италии, называемую Умбрией), где основали города и живут до настоящего времени. Вместо лидийцев они стали называть себя по имени сына того царя, который заставил их выселиться; имя его они присвоили себе, и названы были тирренами».

Так звучит самый первый и самый связный из дошедших до нас рассказ о происхождении этрусков, которых греки называли тирренами. Геродот, как и многие последовавшие ему древние ученые, считал, что этруски были народом пришлым и не принадлежали к коренному населению Италии. Версия о восточном происхождении этрусков кажется еще более убедительной, так как на протяжении столетий греческие и римские, а за ними и византийские авторы с различными вариациями пересказывали рассказ Геродота. Во времена Римской империи, по словам древнеримского историка Тацита, послы двух лидийских городов – Сард и Смирны, спорили о том, кому будет принадлежать честь воздвигнуть храм в честь императора Тиберия. Победили Сарды, так как сумели доказать сенату Рима, что именно из их города отправился на поиски новой родины царь Тиррен и что по крови они ближе к римлянам. Этот рассказ интересен тем, что в нем вместо Смирны местом отплытия тирренцев назван город Сарды. Высказанная Геродотом версия происхождения этрусков не потеряла своей актуальности и в наши дни.

Еще одна, существующая со времен античности, версия происхождения этрусков – автохтонная. Это значит, что этруски ниоткуда не приходили и никуда не уходили, а жили в Италии с самой глубокой древности. Первым ее высказал уже упоминавшийся нами выдающийся римский историк I века до н. э., грек по происхождению, Дионисий Галикарнасский. Он доказывал, что этруски не имеют ничего общего ни с лидийцами, ни с греками. В своем труде «Римские древности», посвященном истории Рима от основания города до его первого столкновения с Карфагеном, Дионисий писал: «Ближе к истине те, которые считают, что этруски ниоткуда не приходили, но что они народ туземный в Италии, так как это народ очень древний и не похож ни на какой другой ни по языку, ни по обычаям». Свидетельства Дионисия представляют особый интерес и потому, что он знал этрусков и мог слышать их речь. Некоторые современные ученые называют Дионисия Галикарнасского создателем «этрусской проблемы». Но если бы процитированный отрывок из произведения этого автора и не дошел до наших дней, этрусская проблема все равно, так или иначе, возникла бы. Своеобразие этрусского языка, этрусского искусства и всей этрусской цивилизации само по себе выдвигает вопрос об источниках ее зарождения.

Существовала еще и третья версия происхождения этрусков. Ее мы впервые встречаем у Тита Ливия: