Читаем Древний Манускрипт полностью

— Салхи, — скорее утвердительно, чем вопросительно буркнула Селена. — Дай пройти.

— Я не успел на примерку? — парень заглянул в мастерскую через плечо девушки, где Шейла вовсю работала над платьем.

— К счастью, да, — криво улыбнулась маркиза и уперла свою ладонь в грудь молодого человека, намереваясь побудить его отойти в сторону, но Салхи стоял на месте как гора. — Уйди с дороги, а то не поздоровится.

Селена давно заметила, что этот парень проявлял к ней повышенный интерес. Своими преследованиями он одновременно и умилял ее, и раздражал. Он не ухаживал за ней в традиционном смысле слова, как пытались это делать другие поклонники: не дарил цветов, не водил на прогулки, не подносил подарков, зато постоянно лез в ее жизнь, совал нос в ее дела, давал дурацкие советы, в которых она не нуждалась. Поначалу он забавлял Селену, а потом стал просто надоедать.

— И что ты сделаешь? — ухмыльнулся парень, смотря на нее сверху вниз. Салхи был на целую голову выше девушки.

Маркиза не любила, когда ее задерживали на пути куда-либо. Хочешь что-то спросить — иди рядом и спрашивай. А Салхи ну все делал наперекор ей. Она считала его наглым, навязчивым и чересчур упрямым, чтобы сделать так, как просят, а не так, как надо только ему. Именно поэтому «ухаживания» Салхи никогда не увенчаются успехом: ей не нужен человек, который с ней не считается.

Все еще держа руку на груди юноши, Селена сконцентрировалась, а потом дала выход своей силе: в мгновение ока гонец отлетел назад, ударился спиной об стену в коридоре и осел на пол, ошеломленно уставившись на девушку. Маркиза медленно, непринужденной походкой подошла к парню и, уперев ладони в колени, наклонилась посмотреть, все ли с ним в порядке.

— Ай-яй, — она поцокала языком. — А я предупреждала.

Салхи был не в состоянии что-либо сказать. Он лишь испуганно смотрел на девушку. Из его носа тонкой струйкой сочилась кровь. Шейла выбежала на шум в коридор глянуть, что произошло, и, ахнув при виде окровавленного лица юноши, прикрыла рот рукой.

— Сегодня во дворце прием, и мне, кроме примерки платья, надо сделать кучу приготовлений. Я пошлю за Офре, он тебя подлатает своим даром, — маркиза оглядела мускулистое тело парня; больше крови нигде не было видно. — Извини, дорогой.

Селена лучезарно улыбнулась гонцу, выпрямилась и направилась прочь по коридорам замка в сторону своих покоев. Если уж теперь Салхи от нее не отстанет, придется познакомить его поглубже с ее убийственным даром.

* * *

Зейн бесшумно зашел внутрь небольшого помещения, по периметру уставленного всевозможными цветами, кустами и маленькими деревьями в горшках. Ну как бесшумно — мелодичный колокольчик над деревянной дверью предательски зазвенел, оповещая хозяев о том, что у них посетитель. Взглянув на звонок, юноша улыбнулся, прошел вглубь, остановился посреди комнаты, поставил на пол среднего размера сундук и огляделся вокруг.

Это было что-то вроде оранжереи: с обеих сторон комнаты по рядам на кованых стойках были расставлены горшки с растительностью разных размеров и калибров, причем все было так грамотно организовано, что от пола до потолка растения смотрелись как живая зеленая стена. Где-то негромко пели птички — это очень здорово умиротворяло и поднимало настроение, сразу проходили все тревоги. Зейн глубоко вздохнул полной грудью — пахло приятно каким-то ненавязчивым цветочным ароматом.

Впереди напротив двери стоял массивный деревянный стол из светлых пород дерева, что-то типа карагача или ясеня, по бокам на нем располагались горшочки с растениями с ниспадающей кроной, которая по ножкам опускалась до самого пола. Посреди стола лежали большие садовые ножницы, перчатки, недоделанная цветочная шляпка, ленты и какие-то веточки с мелкими белыми лепестками. Зейн подошел к столу и погладил его шероховатую поверхность ладонью, отмечая качество изделия.

— Это дуб, — женский голос вывел его из задумчивости. Юноша поднял голову: в комнату с улыбкой на лице вышла высокая стройная девушка с короткой стрижкой и зелеными волосами. Ее глаза были восхитительного травяного оттенка, и она густо их подводила черным углем. Она была одета в зеленоватую рубашку с воланами на манжетах рукавов, какие носят горожанки, и льняные шаровары оливкового цвета, образ заканчивал широкий кожаный кушак с ниспадающими по бедру завязками. Хозяйка лавки подошла к столу с другой стороны и оперлась о него руками.

— Надо бы залакировать, — заметил Зейн. — Жаль будет, если такой стол быстро износится.

— Надо бы, — согласилась девушка и улыбнулась. — Вам собрать букетик?

— А, нет, — юноша начал хлопать по себе в поисках приглашения, облегченно вздохнул, что не забыл его, и достал сверток из внутреннего кармана темно-зеленого кожаного дублета, в тон которого носил кожаные брюки. Парень не любил городские шаровары, считая их одеждой бедняков. Сверху на нем был накинут дорожный плащ, спереди закрепленный резной серебряной фибулой. — Меня зовут Зейн. Вы же Зефлора, так?