Читаем Древний Египет полностью

Все сведения о евреях в Египте, которыми мы располагаем, содержатся в немногих случайных записях, высеченных на монументах. В таких записях евреи, возможно, упоминаются как хабиру. Одним из примеров упоминания о хабиру в незначительных для того времени документах является отчет, направленный официальному лицу во время правления Рамсеса II. В нем содержатся следующие слова: «Я повиновался приказу, изложенному в послании моего господина, в котором сказано: „Дай зерна солдатам-египтянам, а также дай зерно хабиру, которые доставляют камни для строительства великого города Па-Рамессу“. Я давал им зерно в каждом месяце, как повелел мой господин». В другом историческом памятнике, относящемся к этой же эпохе, содержится похожая запись: «Я повиновался приказу, изложенному в послании моего господина, в котором сказано: „Дай продукты питания солдатам, а также дай зерно хабиру, которые доставляют камни для [храма] Ра [божества солнца] в Рамсесе, любимом Амоном, в южную часть Мемфиса“.» Как видим, слишком мало информации, слишком много допущений.

Большинство ученых идентифицируют фараона-поработителя, при котором угнетение евреев все более ужесточалось, с Рамсесом II, самым деспотичным, жестоким, властолюбивым и самолюбивым правителем этого периода. Время его правления определяют по-разному: 1300–1234 или 1347–1280 годы до н. э. «Он был вспыльчив и хвастлив. Главное его желание состояло в том, чтобы покрыть всю страну гигантскими сооружениями, на которых тысячи раз было бы высечено его имя. В летописях он прославлял себя за великие завоевания, которых на самом деле не было и в помине», – так о Рамсесе II писал британский ученый А. Гриффит. Если считать, что Рамсес II был фараоном-поработителем, то Исход, по всей видимости, состоялся во время правления его сына Мернепта, которому было свойственно приписывать себе чужие достижения. Профессор Гриффит пишет о Мернепте следующее: «Он был одним из самых бессовестных узурпаторов, приписывал себе создание монументов, воздвигнутых его предшественниками, включая и гигантские постройки его собственного отца, который, кстати, и подал ему пример. Все это было продиктовано каким-то непомерным желанием увековечить память о себе».

Любопытны причины, по которым египетские хроники молчат о персонажах Библии. Их, конечно, могло просто не быть в Египте, но не исключено, что какая-то группа семитского происхождения – возможно, это и был род Иакова – действительно поселилась в дельте Нила, на плодородной земле Гошен. Но если так оно и было, то почему нет ни одного упоминания об Иосифе в египетских хрониках? Обычно они очень обстоятельны и полны подробностей, а семит на должности наместника – событие слишком серьезное, чтобы о нем можно было умолчать. Такого рода пробел в египетской историографии кажется «подозрительным» и поэтому вызывает сомнения в реальности фигуры Иосифа.

Нельзя, однако, забывать об очень важной вещи. Гиксосы вызывали к себе такую ненависть, что египтяне уничтожали все, что напоминало о периоде их власти. Даже летописцы обходят молчанием период гиксосской оккупации, на время которой приходится и высокое положение Иосифа и евреев. Исторические хроники внезапно обрываются на 1730 годе до н. э. и возобновляются только после 1580 года до н. э. Одной из жертв этого вымарывания ста пятидесяти лет истории, возможно, и стал Иосиф, не гиксос, но исполнитель гиксосской политики, ответственный за глубокие экономические преобразования, непопулярные у египтян. Его действия позднее тягостно отразились на израильтянах, которые после смерти Иосифа долго еще оставались на земле Гошен.

В Библии египетско-израильская история обрывается неожиданно на смерти Иосифа, потом нам рассказывают о событиях, связанных с личностью Моисея и Исходом. Этот разрыв охватывает приблизительно 400 лет. Почему же библейский текст допускает такой скачок в изложении истории израильтян?