Читаем Драмы полностью

Тюленев. Перегруз сильный, товарищ майор.

Коновалов. А все-таки?

Тюленев. Взлетим…

Коновалов. Давай с нами, невеста. А, Илюшка? На Большую землю, за кольцо!

Светлана. Я в команде ПВХО.

Илюша. Может быть, правда, Света?

Светлана. Пожалуйста, не говорите больше об этом. Я очень, очень прошу вас об этом. Простите.

Илюша. Папа, не надо… (Тихо). Я тебе говорю, она необыкновенная девушка.

Коновалов. Возможно, и необыкновенная. (Поглядел на Трояна). Слушай, ты бы ей хоть свою пушку отдал.

Троян. Ей?

Коновалов. Не в тыл же возить.

Троян вспыхнул. Вошел Нарышкин.

Нарышкин. Машина с аэродрома прибыла, товарищ майор. (Любе). У вас пропуск на вещи?

Люба. Иду. (Трояну). Собрала вам всё, только в ванной проверьте, не оставили ли чего.

Троян, кивнув, идет в ванную комнату. Нарышкин и Люба уходят из номера.

Илюша. Папа… мне… нам… надо… с тобой…

Коновалов внимательно смотрит на сына.

Прости ее, папа. Я прошу тебя. В час разлуки… прошу. Мы… мы оба со Светланой просим, папа.

Пауза.

Коновалов. Не могу, Илюшка. (Помолчав). Не могу.

Илюша. А если завтра? Потом. Когда-нибудь?

Коновалов (тихо). Никогда, Илюшка.

Илюша. А она… она все годы только тебя и любила. Только тебя. И она это знала, и я это знал, папа.

Пауза.

Коновалов. Любовь у нас с твоей матерью, Илюшка, такой была… Как в романах пишут. Понял?

Илюша. Понял, папа.

Коновалов. Красивая была любовь. Красивая. Понял? Илюша. Понял, папа.

Коновалов (подошел к карте на столе). Вот ленинградцы… В кольце. А есть тыл — Большая земля. Не подведет. (Неожиданно). А меня мой тыл подвел. (Светлане). Туши бомбы и его ожидай. Ожидай — тогда живой вернется. Так, невеста?

Светлана. Так… отец. (Вынула из кармана платочек, вытерла слезу).

Упал на пол флакончик. Коновалов нагнулся, поднял. Светлана вырвала у него из рук флакончик, спрятала. Все это наблюдает вышедший из ванной Троян.

Коновалов. Ты что так испугалась?

Светлана. Ничего.

Коновалов. Что это ты уронила?

Светлана. Ничего. Духи.

Илюша. Света…

Светлана (упрямо). Духи.

Илюша. Я расскажу.

Светлана. Нет.

Илюша. Это яд, папа.

Коновалов. Яд?

Светлана. Если войдут, папа.

Коновалов. А допускаете?

Илюша. Нет.

Светлана. Василий Фролович. Сегодня… сегодня баррикады стали строить в черте города… Значит…

Коновалов (Илюше). А ты одобрил?

Илюша. Папа, я не размышляя положу свою жизнь… Коновалов. А ты размышляй! Человеку разум отпущен, чтобы он размышлял! Ленинград это, поймите, — Ленинград.

Светлана. Я понимаю, что вы хотите сказать, Василий Фролович, я сама родилась в Ленинграде и родители мои тоже, гордилась этим всегда и сейчас горжусь…

Коновалов. А что же в тебе ленинградского?

Пауза.

Когда тебя, коммуниста, допрашивает коммунист, стережет коммунист и ты для него фашист — и то… не травиться хотелось, а в набат бить, в колокола. Травиться… Дай твой пузырек.

Светлана. Нет, Василий Фролович. Нет..

Коновалов (помолчал). Ну травись. (Протянул руку). До свиданья.

Илюша. Папа…

Коновалов (сухо). До свиданья, Илюша.

Илюша пошел вместе со Светланой. Вернулся. Бросился к отцу. Обнял.

Илюша. Папа. Ах, папа… Ах, папа, папа, папа…

Коновалов (глухо). Зачем же ты меня оставляешь, Илюшка?

Илюша. Молчи, молчи. (Оторвался от Коновалова, побежал к дверям).

Коновалов (закурил, заметил Трояна). Поехали?

Троян (снимает трубку). Город, Тонечка. Занят?

Входящему Батенину.

Город уже занят. (Из противогаза и полевой сумки достает блокноты). А если на прощанье — разбавленный?

Коновалов. Слушай, я должен ехать…

Троян (садится за машинку, стучит одним пальцем). А я должен передать материал об Ижорском заводе… А ты должен ехать… (Стучит одним пальцем). А я должен передать материал… А ты…

На пороге Тюленев.

Тюленев. Время вышло, товарищ майор.

Коновалов (Трояну). Буди твою Мару сю…