Читаем Драмы полностью

Сентябрьские ночи 1941 года в Ленинграде. Гостиница «Астория» на площади Воровского. В сумраке свинцовой балтийской осени громада серого камня кажется неожиданно похожей на мертвое горное селение, вырубленное в скалах. Ни огонька — разве блеснет, чтобы тут же сгинуть, ниточка света в одном из наглухо зашторенных окон. Черный всадник на черном постаменте стережет площадь. Его бронзовый профиль вдруг багровеет от недобрых всполохов. С купола Исаакиевского собора, обращенного в рядовую огневую точку, иногда рванется в небесную темень трассирующая кривая. Тут, в гостинице, в сентябре 1941 года волею всегда естественных и всегда удивительных военных обстоятельств негаданно и преднамеренно столкнулись судьбы разных людей — военных и штатских, несчастных и счастливых, сильных и слабых, прекрасных и подлых.

ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ

Двухкомнатный номер в гостинице «Астория». Дальнее уханье пушек. Частит метроном войны в черной тарелке радио. Пианино. Под картиной в богатой резной раме — таверна в Голландии, пенящиеся через край кружки, обильная снедь на некрашеном столе — на гобеленовом диване с золочеными спинками, накрывшись шинелью с обожженными краями, свесившимися на французский ковер, спит старшина Голубь. К наборной работы шкафику с амурами прислонился автомат, подле него — связка гранат. На кресло накинуты противогазы, на подлокотнике — пистолетная кобура на ремне. За столом, в шинели, с трубкой в зубах — Троян. Диктует в телефон. На столе — блокноты, планшет, портативная пишущая машинка. Из ванной комнаты, намыливая густую, давно не бритую щетину, выходит Батенин. На нем выгоревшая почти добела и пошедшая пятнами красноармейская гимнастерка, коломянковые брюки заправлены в брезентовые сапоги, облепленные ссохшейся грязью.

Батенин. Вода еще идет, но уже только холодная. И лампочка перегорела.

Троян. От сотрясения. Брейтесь здесь. (В телефон). «…Ценою неимоверных потерь…»

Батенин. Немцам удалось?..

Троян (кивнул. В трубку). «…немцам удалось выйти на побережье Финского залива…»

Батенин. Петергоф?

Троян (кивнул. В трубку). «Ваш корреспондент вернулся из Кронштадта точка».

Батенин. Как же, если Петергоф…

Троян. Водой. (В трубку). «Южный берег пылает точка фашистская авиация вчера варварски сожгла Большой Петергофский дворец тире божественнейшее создание…» (Батенину). Кваренги?

Батенин. Простите, Растрелли.

Троян (в трубку). «Растрелли. Два эл. Матросские полки запятая уходившие бой Петергофом запятая сегодня Якорной площади дали клятву двоеточие…» (Батенину). Вас не воротит? От моих… патетических реляций?

Батенин. Отчего же?

Троян (в трубку). «Пока бьется сердце запятая пока видят глаза запятая…»