Читаем Драмы полностью

Пауза.

Леди Гамильтон (печально). Я завтра уезжаю в Палермо. (Вздыхает). Я должна видеть казнь убийц Марий-Антуанетты сегодня.

Нельсон. Вы слышали, Траубридж?

Траубридж делает знак вахтенному офицеру, тот уходит.

Женщина в черном (шепчет другим женщинам). Смотрите! Она спасет его!

На палубе английского корабля появляются барабанщики и двое в масках. Дробь барабана.

Боже!

Английские матросы ладят петлю на рее. Дробь барабанов. Страшный крик женщины в черном. Взволнованный, взбегает по трапу вахтенный офицер.

Вахтенный офицер (растерянно, Траубриджу). Погреб пуст, коммодор, Чимароза бежал!

Восторженные крики женщин. На набережной появляются Пирожков, Гордиенко, Лепехин-сын. Засунув руки в карманы, они независимо проходят мимо пустого погреба.

Лепехин-сын. Союзник... ежели ты союзник — так не кусайся!

Гаснет свет. Слышна музыка. Освещается адмиральский салон Ушакова. Шандалы, свечи, За клавесином — Чимароза. Вокруг — офицеры. У дверей в салон толпятся матросы. Чимароза кончил играть. Тишина, которая затем разрывается овациями.

Чимароза (встает, кланяется, печально улыбаясь). Мою голову хотели поднести лорду Нельсону в плетеной корзине для фруктов. Зачем лорду Нельсону моя голова? В ней нет ничего, кроме мелодий. Вы нашли мою музу умирающей в сыром подземелье. Вы дали ей отпить из сладостной чаши жизни. Так родилась эта кантата. Я посвящаю ее вам. (Снова кланяется, садится за клавесин, берет аккорд).

Входит Васильев, подходит к Ушакову.

Васильев. Господин адмирал!

Ушаков. Тсс...

Васильев (шепотом). Депеша от генералиссимуса... (Читает). «Милостивый государь мой, Федор Федорович! Великий Петр наш жив! Что он по разбитии в 1714 году шведского флота при Аландских островах произнес, а именно: природа произвела Россию только одну, она соперницы не имеет, то и теперь мы видим! Ура русскому флоту! Ура! Я теперь говорю самому себе: зачем не был я при Корфу, хотя мичманом? Суворов».

Ушаков берет депешу, прижимает к сердцу, молчит. Музыка.

Господин адмирал! Отряд матросов и солдат под командованием полковника Скипора и лейтенанта Балабина выстроился на набережной и ждет вашего приказа.

Ушаков. Мой приказ — марш на Рим! Тсс... Нельсон тайком от меня отправил Траубриджа, чтобы сговориться с французами. Но добрые итальянцы предупредили меня — Траубридж опять опоздает! Тсс... (На цыпочках выходит из салопа).

Чимароза продолжает играть. Гаснет свет. Освещается набережная. Солнце. Выстроились матросы и солдаты десанта.

Ушаков. Други мои! Смотрю на вас — и встают перед взором Херсон и Севастополь, Фидониси и Тендра, Калиакрия и Корфу, Бриндизи и Манфредония, Портичи и Неаполь. Исполняя приказ императора, идете ныне вышибать французов из столицы Италии, из вечного города Рима. Вам вышло на долю побить войска Буонапарте! К маршу! Песню, Пирожков! На Буонапарте!

Высоким-высоким голосом запевает Пирожков песню, подхваченную десятками сильных голосов. Это все та же песня матросская — о дальних походах, о кораблях, плывущих в океанах. С песней десант уходит по набережной.

Попутный ветер вам, русские матросы! Да шумит ваша слава в веках!

Песня. Занавес

ЭПИЛОГ