Читаем Дракула полностью

Из области политики молодой князь должен был знать все церемонии при дворе, какую роль играют правители в жизни страны, вникать в серьёзность их конфликтов, осознавать недолгосрочность правления на троне и обязан был понять подданское положение Валахии по отношению к Венгрии и Оттоманской империи. К этому добавляются изгнание его отца, стремившегося к трону в Трансильвании, и воспоминания о великих предках. Портрет деда Мирчи Старого, одетого по-восточному, в королевской короне с двуглавыми орлами на костюме и гербом императоров Константинополя, изображённого в полный рост, украшал величественные стены дома. Жизнь и военные подвиги деда, умершего задолго до рождения Влада, должны были способствовать его успешному обучению. Впрочем, время изменилось, и ушли в прошлое такие долгие правления, как во времена Мирчи (32 года) или Александра Доброго Молдавского (32 года).

Заложник в Оттоманской империи (1444–1448)

Начиная с 1444 года, в возрасте четырнадцати или пятнадцати лет, Влад Дракула не по своей волей попал в третью среду формирования своей личности — в оттоманский мир Средней Азии, Адрианополь, потом в Европу. Общество, где он теперь находился, очень сильно отличалось от того, к чему уже успел привыкнуть. Одежда, язык, религия, обычаи — всё было чужим. Он был удивлён тому восхищению, с которым все относились к султану: все вокруг были его рабами и были обязаны ему всем. По приказу султана самые высокопоставленные люди могли мгновенно впасть в немилость, быть изгнанными, казнёнными, их богатства могли быть изъяты — и никто не мог противостоять. Вся жизнь и церемониал демонстрировали благоговение к султану, он был окружён лишь ограниченным количеством самых верных людей, большинство из них были янычары.

Этот уклад впечатлил Влада, т. к. он сам привык к превосходству старейшин (jupan) и их кланов, к их воинственному духу, их гордости и силе. По их отчётам валашским князьям особенно ярко видно принципиальное различие его родной страны и Оттоманской империи: нестабильность валашского трона, постоянные перемены князей с 1420 года в противовес спокойной, идущей как по маслу политической жизни в империи. В Валахии новые люди могли добиться чего-то, показав себя в сражениях, но господствующей всё равно оставалась местная аристократия. Превосходство во многом объяснялось экономической и военной силой кланов, которые обладали обширными земельными владениями. Количество кланов, их первоначально было пять или шесть на всю Валахию, увеличилось к XIII и XIV векам. Похоже, речь шла об опустившихся knezes и воеводах государства. Этим кланам удалось сохранить свои владения и даже увеличить их с помощью брачных союзов, завоевав силой или же получив в подарок от князей. Между тем количество свободных владельцев (monseni — «наследник, собственник по наследству») уменьшалось. Например, если боярин признавался в измене своему князю, то его имущество изымалось, но таким образом, чтобы оно возвращалось другому члену его клана. Новый князь всегда мог отменить конфискации, а обычай, устное, неписаное право предусматривало, что князьям было запрещено продавать деревни, принадлежавшие боярам.

Религия мусульман, их обычаи, любовь к справедливости не могли не заинтересовать Дракулу. При дворе султана, где он жил по меньшей мере год, он наблюдал необыкновенное разнообразие национальностей, которые и составляли окружение из «верных»: это были благородные люди из известных турецких семей Анатолии, где жили беглецы из Греции, Сербии и Албании, арабы и африканцы, итальянцы, персы и т. д. Любовь турок к войне, лошадям и Богу создавала странную, псевдогероическую атмосферу. Империя завоевала огромные территории и людей, ресурсы страны были настолько богаты, организация и функционирование политической власти были настолько отработаны, что почти невозможно было представить её побеждённой или хотя бы потерпевшей поражение в битве. Казалось, у султанов где-то в Азии был неиссякаемый источник человеческих ресурсов. Города, ремесленники и торговля процветали, крестьяне жили гораздо лучше, чем в христианских странах. Даже христиане, которые назывались dimmi (неверные защищённые), не хотели покинуть земли султана. В конце концов, вопреки существовавшему мнению, турки не заставляли христиан силой обращаться в мусульманство: они могли оставаться христианами и пользовались доверием султана и высших сановников. Этот момент многие греки и итальянцы отметили в своих записях.

Можно предположить, что с 1447 года, когда Влад Дракул заключил мир с султаном, его дети и были отправлены из Эгригоза ко двору Мурада II. Влад Дракула и его сводный брат Раду увидели всю полноту оттоманской власти. Георг из Венгрии, который жил в Турции двадцать лет (с 1438 по 1458 год), описал жизнь молодёжи при дворе султана. Детей делили на группы: пленные на войне, дети христиан «подобранных» (это литературный термин для турецкого слова devsirme), их можно было сделать янычарами, заложниками стран-должников и т. д.