Читаем Драконы полностью

— Эта сумасшедшая тетка, которая помешалась на моем отце, все слонялась возле нашего дома или наблюдала за нами с той стороны улицы. Как-то вечером иду я от своего приятеля, тут-то она и эти ее два психа и схватили меня. Не знаю, чего они добивались, но именно так я оказался здесь. По-моему, они решили меня прикончить.

— Меня тоже они поймали, — сказала я.

Меня беспокоило его имя — Хэнк. Мальчишек часто называют по имени отца.

— Шутишь? — не поверил он.

— Эта сумасшедшая тетка — моя мать.

Вначале он просто уставился на меня в изумлении.

— А, — сказал он и нахмурился, пытаясь сообразить. — Значит, ты знаешь про дракона?

— Про дракона? — Я чуть не поперхнулась.

Похоже, беспокоиться стоило не только о моем наследственном помешательстве.

— Я правильно расслышала? Ты имеешь в виду культ, на котором они сдвинулись?

— Нет, — сказал он. — Я имею в виду дракона, что обитает здесь, в канализации. Из-за него нам не выбраться отсюда: он спит возле единственного выхода наверх. Ты что, не знала?

— Вроде нет.

Я вспомнила про тварь, что переползла через меня и исчезла во тьме.

— Самый что ни на есть настоящий дракон, — сказал он.

— Ну да, — согласилась я, понимая, что именно этого он и ждет от меня.

— Послушай, я знаю, где проходит труба с питьевой водой. Пойду-ка я туда и наберу для нас несколько бутылок. А еще решетка возле закусочной, куда часто объедки выбрасывают. Народу лень искать контейнер. Я сам этим питался все две недели, и дракона кормил. Я отправлюсь туда и…

— Ты его кормишь?

— Ну да, — кивнул он. — А то еще набросится. По-моему, нас для этого сюда и затолкали — дракону на обед.

— Ой! — сказала я.

Он, должно быть, сообразил, что я испугалась, и внезапно заговорил о другом:

— Ну, мы все равно выберемся. Главное — отыскать путь наверх. Господи, да ты, наверное, решила, что я совсем спятил.

— Не знаю, нет, не думаю, — покачала я головой.

Я действительно думала не об этом. Я лихорадочно пыталась понять, в чем дело. У того существа, что переползло через меня, голова была гораздо меньше, чем у аллигатора. К тому же от него исходило тепло. Это что-то настоящее, не игра воображения.

— В общем, сиди здесь. Я постараюсь раздобыть еды. А ты отдыхай.

Он поднялся с телевизора и посмотрел на меня, словно на что-то решался. И ушел.

Вначале его шаги отдавались громким эхом по трубе, но постепенно затихли.

После его ухода я тут же вернулась к кофейным мешкам и с жадностью проглотила рогалик, запив несколькими глотками воды из термоса. Потом проделала дырки для рук и головы в одном из мешков и надела его вместо платья.

Спотыкаясь о консервные банки и коробки, я выяснила, что мы находимся в месте пересечения сточных трубопроводов. Ответвления уходили вниз в разные стороны.

Оглядев помещение, я задумалась, откуда взялся весь этот хлам. Не мог же Хэнк собрать его — у него бы времени не хватило. Может, кто-то попадал сюда прежде? Может, тоже как жертвоприношение? От этой догадки мне стало совсем не по себе.

Нужен был свет.

После развода родителей, по решению судьи, я должна была проводить выходные у отца. Вначале я и проводила, но потом у мамы стало не совпадать расписание работы, а папа перестал настаивать. Но все же, пока мы проводили выходные с отцом, он частенько водил меня в научные музеи, и мы накупали там всяких конструкторов, а потом я возилась с ними дома.

Вот тогда я и научилась делать ручной электрический фонарик из подручных средств.

Прежде всего нужны, конечно, батарейки. Я нашла несколько штук, расковыряв парочку допотопных магнитофонов. Они могли оказаться напрочь разряженными, но я все-таки надеялась. Надо было обмотать их вместе изоляционной лентой, но мне удалось только как можно туже связать их между собой нитками, выдернутыми из кофейных мешков; к счастью, папочка в свое время показал мне, как вяжутся морские узлы.

Нужна еще алюминиевая фольга для стабилизации. Фольги я не нашла и решила обойтись без нее. Зато я ухитрилась прикрепить батарейки к двум деревяшкам. Потом я услышала шаги в одном из ответвлений туннеля.

— Хэнк? — окликнула я, забираясь на свою груду мешков и пряча между ними недоделанный фонарик.

Он, хромая, сделал несколько шагов, споткнулся о груду коробок и упал. Я подбежала к нему. По ноге у него текла кровь.

— Что случилось?

— Ты не сказала мне, как тебя зовут. — Он говорил замедленно, но отчетливо и, не вставая, смотрел на меня снизу вверх.

— Меня зовут Амайя, — сказала я, наклоняясь к нему.

— Амайя, — повторил он.

У него был какой-то обреченный вид; на лбу проступил пот.

— У тебя шок, — сказала я. Что это такое, я и сама толком не знала, но в детективных фильмах так всегда говорят.

— Я упал, — сказал он. — Я пошел покормить дракона, а его не оказалось возле решетки. Я решил, что попробую вскарабкаться наверх и просунуть руку сквозь прутья. Вдруг кто-нибудь заметит. А потом я увидел, как он там извивается, выползая из темноты, и запаниковал. — Он засмеялся. — Забыл совсем, что у меня с собой была для него еда. Он, должно быть, учуял запах.

— Ну ладно, давай я посмотрю, что у тебя с ногой, — сказала я.