Читаем Драконы Вавилона полностью

— Я хотела бы тебе кое в чем признаться, — сказала она. — Помнишь, как лорд Уиэри велел тебя выпороть? Так мне тогда это понравилось.

— Извини, но я что-то… — начал потрясенный Вилл.

— Да ты не думай, я не в каком-нибудь злорадном смысле. — Дженни надолго умолкла, а когда продолжила, голос ее звучал совсем уже слабо. — Это меня вроде как возбудило. Может, когда все это кончится, нам с тобой…

Она снова потеряла сознание. Вилл обернулся и увидел, что Дженни совсем побледнела, ни кровинки в лице.

— Ну что же ты, потерпи еще немного, до доктора осталось всего ничего.

Теперь уже он гнал как сумасшедший, гнал, как никогда еще в прошлом.

Через какое-то время перед ним выросла фигура Оборванца. Здесь отдыхали те немногие Вилловы снайперы, которые не побросали винтовок, а отступили с оружием и в каком-то подобии порядка. Их было пятеро: Чеснок, Пузырь, Голодалец, Ксилия Аркадская и, конечно же, Оборванец.

Вилл слез с мотоцикла и осторожно опустил Дженни на землю.

— Вы только взгляните на ее раны, — сказал он. — Они получены в честном бою.

Ксилия Аркадская опустилась рядом с Дженни на колени. Затем встала и потрогала ее лоб, ее грудь, там, где сердце, и промежность.

— Мертвая, — вздохнула она.

Вилл тупо смотрел на труп, жалкий, как тряпичная кукла. Одежда Дженни была сплошь перемарана кровью, лицо, в котором не было уже ее личности, казалось тусклым и заурядным. Не привези он сюда ее сам, на собственном горбу, ни за что бы не поверил, что это она, Дженни. После долгого общего молчания над трупом наклонился Оборванец.

— Я возьму ее пистолеты, — сказал он. — Пусть побудут пока у меня.

И засунул пистолеты за пояс.

— Я возьму ее сапоги, — сказала Ксилия Аркадская. — Мне они не подойдут, но я знаю, кому они будут тютелька в тютельку.

Так же одну за другой они разобрали и остальные ее вещи. Вилл взял сигареты и зажигалку, а Пузырь — метательный нож. Голодалец взял брюки и куртку, осталась лишь маленькая серебряная орхидея на серебряной же цепочке, которую Чеснок снял с ее шеи, торжественно поцеловал и сунул в карман. Они смущенно молчали и не знали, куда деть глаза, а затем Вилл прокашлялся и начал:

— Она пришла к нам с юга.

— Птица, бойцовая птица, — сказала Ксилия Аркадская.

— Чьи крылья взрезали воздух, — сказал Пузырь.

— Теперь она хочет вернуться, — сказал Голодалец.

— В тело той быстрой птицы, — сказал Оборванец.

— В битве оставив то тело, что было, — заключил Чеснок.

Тело Дженни Танцышманцы, утратившее жизненную искру и освобожденное от власти вещей, уже начинало погружаться в бетонное дно туннеля. Сперва очень медленно, а затем все быстрее и быстрее оно ускользало во тьму земли, из которой все вышло и в которую все когда-нибудь вернется — хайнты в смысле более буквальном, чем все остальные, но в общем-то это касается всех.

Опорная база, куда они в конце концов добрались, бурлила и кипела. На платформах суетились хайнты, гонты и феи, деловито таскавшие бочки, шпалы и какие-то ящики для постройки и укрепления баррикад, разносившие оружие и боеприпасы по на скорую руку сляпанным огневым точкам. Тощий перепончатокрылый гонт с курьерской вализой в длинных кривых когтях торопливо влетел в тот самый туннель, из которого только что вышел Вилл со своей немногочисленной компанией. Все это выглядело откровенной любительщиной.

Станция «Порт Молитор» выглядела вроде бы удобной базой, ведь она располагалась как раз там, где от маршрутов 1, 2 и 3 ответвлялись линии «А», «Б», и «В», и была не слишком удалена от перехода на линии неглубокого залегания, давая таким образом свободный доступ ко всем четырем потенциальным зонам военных действий. Беда только в том, что «Порт Молитор» был призрачной, то есть построенной, но никогда не использовавшейся станцией, а потому не имел выхода на поверхность. Теперь, когда сюда со всех сторон подходили отступающие солдаты, когда разведчики докладывали, что по всем трем туннелям продвигаются тати, эта станция становилась ловушкой.

— Кто здесь главный? — крикнул Вилл. — Что там делают на рельсах все эти солдаты? Неужели никто здесь не командует?

— Лорд Уиэри поставил капитана Хекема командующим всеми защитниками левого окраинного туннеля, — сказала усталого вида хулдра. — Трепач отвечает за правый окраинный туннель, а сам он взял на себя командование силами, защищающими туннель, ведущий к центру. Привет, Джек.

— Хьердис? — удивленно воскликнул Вилл. — Ты все-таки вернулась.

— Как и все прочие. Все йохацу, бежавшие прежде, вернулись в туннель — все до единого.

— Но почему?!

Прежде Вилл настоятельно уговаривал тан-леди не выходить из войны лорда Уиэри, теперь он видел, что был тогда не прав. Она ушла, и очень правильно сделала. И не нужно было ей возвращаться.