Читаем Draco is awaiting (СИ) полностью

«Всё! ВСЁ! — Драко начал разгром мэнора со своей спальни, когда добрался до библиотеки — заметно устал. — Хватит! Теперь я буду ждать совсем другое! — Самый отважный эльф закрыл тщедушным тельцем стеллаж с древними фолиантами — и Драко, внезапно устыдившись собственной безобразной истерики, поддал ему что было сил, но одарил непривычно благодарным взглядом. — На кой мне сдалась его любовь? Достаточно того, что я люблю, а такая роскошь, как взаимность — слишком редкое сокровище! Или этот зеленоглазый жеребец забьёт меня алмазными копытами — или... сам отведёт хвост... Буду ждать второе, первое я и сам могу себе устроить...»

На третий день Драко, совершенно измученный непониманием своих желаний и чаяний (то он хотел оторвать у Поттера всё, что торчит ниже пояса, включая э... ноги — то целовался с ним во сне до тошноты от нехватки воздуха, то намеревался варить Забывальное зелье на имя «Гарри» — то во время предрассветных грёз глотал его сперму, непривычно сладкую на вкус, то представлял несносного гриффиндорца свалившимся с метлы и лежащим в медпункте с гипсовыми повязками везде, включая область паха, — то в мечтах растирал его розовым маслом, мял скользкими руками расслабленные мышцы, направлял душистые струйки между его ягодиц...), твёрдо решил бросить всё к чёртовой матери и пошёл собирать чемоданы к отъезду в Америку... Школа? Насрать! Теперь у него ныло не только сердце — а всё тело. Член же вообще запутался в смене времени суток и настроений своего хозяина и, дабы не тратить силы зря, решил стоять без сна и отдыха, как часовой у будуара королевы... Что бы Драко не делал — он постоянно натыкался своим взбесившимся достоинством на какие-нибудь твёрдые предметы. И чертыхался, чертыхался, чертыхался, поминая всуе — о, чтоб его! — не Мерлина, а... Поттера! Такого насилия над собственным мозгом и mm. Ischiocavernоsus (1) Драко вынести не мог и решил, что ожидание его закончилось... Баста! Амнистия! На свободу с чистой совестью! Любви от Пегаса всё равно не добиться, а пока дело дойдёт до его трепетной задницы — вставлять будет нечего: сморчок лопнет от перенапряга, и Малфой так и не успеет приучить недоделанного гурмана получать истинное удовольствие от вкуса своих половых клеток...

В вечерних тихих сумерках шум крыльев о запотевшее оконное стекло показался ему громом и намертво пригвоздил к полу... Сова билась и билась на подоконнике, роняя с высоты жёсткие пёрышки, а Драко не мог пошевелиться. Не смел... Эльф вопросительно-подобострастно заглянул ему в глаза и, получив нечёткий, но вполне различимый кивок одобрения, поскакал к форточке впускать пернатого почтальона.

Я дурак? #

Драко долго ходил по комнате вокруг стола, на котором измятой гигантской бабочкой лежал листок с двумя крошечными словами на самом краешке. Всего несколько букв, процарапавших бумагу. Маленьких бестолковых букв... Сколько важных и нужных слов Гарри не написал на свитке? Не захотел, не смог? А если побоялся? «Пусть он окажется трусом», — думал Драко и наматывал очередной круг. Листок манил его, словно заколдованный, — и отталкивал, как погремушка ядовитой змеи.

«А если это не от Поттера?!» — неожиданная иррациональная мысль пронзила сердце липким ужасом. Драко схватил письмо и жадно принюхался: ментол, дешёвые органические чернила, одеколон какой-то душный и девчоночий... Как обомлевшее обоняние смогло распознать среди всей этой чепухи запах его волос, его кожи, его...? Драко приложил листок к губам и громко уверенно произнёс:

— Да! Ты, Поттер, дурак! — И счастливо улыбнулся...

Вода в ванне остывала медленно, насыщенный соляной раствор приятно будоражил кожу и пощипывал всякие чувствительные места, мягкая плотная душистая пена щекотала подбородок и уши. Драко так размечтался, нанюхавшись эфирных масел, что задремал прямо в джакузи и очухался, только когда в рот попала горькая вода. За дверью что-то зашуршало, поскреблось, и домовик просунул под неё конверт. Разомлевшее и подпитавшееся эротическими грёзами сердце Драко бухнуло гулко и напомнило щемящей тревогой, что раскол — есть раскол...

Он решил не суетиться: ну, что такого особенного может быть в этом письме от Поттера? Драко был уверен, что оно именно от Поттера, и улыбался во все тридцать три зуба. Его распаренное тело и затуманенную голову просто распирал щенячий восторг. Неопрятному конвертику на влажном кафельном полу он сейчас радовался больше, чем первой близости с любимым... Небось, извиняется, слёзно молит о прощении, назначает встречу? Или напрашивается в гости? Ну не ради приветов же от соскучившихся однокурсников и учителей Поттер шлёт сову за совой? Предлагает какой-нибудь экзотический вариант или снова тупит про морковки? Пусть тупит, морковки — так морковки. Всё, что только мальчик пожелает, хоть непристойные маггловские игрушки — лишь бы больше никогда не слышать его убийственного «нет»...