— Теперь слушай ты меня, болотная жаба. Я сам разберусь, что мне делать, а что — нет. Ты мне не указ. И то, что у нас в мешках, — не твое склизкое дело, так что проваливай.

Шашлык онемел от такой дерзости. Надувшись от гнева, он тяжело опустил лапу на шашку:

— Да ты хоть знаешь, с кем говоришь, малявка?! Я — офицер Разведки огромной армии Бродяг самого Дамуга Клыка!

Но «малявка», казалось, нисколько не удивился, только спокойно вытащил шпагу и ответил:

— Тогда прочисти уши, важный, и слушай еще раз: я не знаю ни тебя, ни твоего Дамуга-как-его-там, и мне нет до вас никакого дела. Меня зовут Лог-а-Лог, и я командир Гуосима — Партизанского Союза землероек. Так что если ты все еще хочешь сразиться со мной, — вперед!

Шашлык выхватил саблю и с рычанием бросился на Лог-а-Лога.

К Чесуну, сидевшему в засаде, подполз один из солдат-Бродяг и потянул его за пояс:

— Раз уж на то пошло, мы тоже должны атаковать, а?

Но Чесун только с усилием отцепил его лапу от пояса:

— Н-нет, повременим, надо посмотреть, чем у них кончится.

Лог-а-Лог подождал, пока горностай подлетел к нему почти вплотную, и, сделав небольшой шаг в сторону, подставил Шашлыку подножку. Тот упал, хлестко получив шпагой по спине.

Командир землероек обошел его, насмешливо прикрикнув:

— Вставай, слизняк, я лежачих не убиваю!

С перекошенным от злости лицом Шашлык вскочил и начал изо всей силы размахивать шашкой, бросаясь на Лог-а-Лога. Но каждый раз, когда шашка опускалась, проворный зверек оказывался то сбоку, то за спиной у горностая. Землеройки спокойно сидели в лодках, наблюдая, как их ловкий командир выставляет на смех большого врага.

Иногда Лог-а-Лог отражал тяжелые удары шашки легким взмахом шпаги, продолжая дразнить горностая:

— Плохи же дела у твоего Дамуга, раз он так отвратительно тренирует своих офицеров! Ну же, сосредоточься, покажи, на что ты способен!

Пуская слюни и тяжело дыша, Шашлык бросился напролом, держа шашку двумя лапами. Лезвие врезалось в камень, горностай пошатнулся и рыгнул. Потом, слегка опомнившись, он снова развернулся в сторону Лог-а-Лога и изо всей силы плюнул:

— Я выпотрошу тебя, как лягушку, и сошью из тебя рюкзак!

Лог-а-Лог смахнул плевок с яркой повязки, и глаза его угрожающе сверкнули.

— Ни один, плюнувший на меня, еще не выжил. Я мог проткнуть тебя уже десять раз. Здесь! Здесь! Или здесь!

Кружа вокруг ошалевшего горностая, он каждый раз подтверждал слова уколом шпаги. Наконец, остановившись, он еще раз посмотрел на врага, брезгливо поморщился и пошел прочь, бросив на прощание:

— Убирайся и не попадайся мне больше! Ты опозорен на всю жизнь!

Высоко подняв шашку, Шашлык бросился на незащищенного Лог-а-Лога со спины. Еще бы секунда… но в самый последний момент зверек быстро обернулся и сделал резкий выпад, пронзив горностая насквозь. Последнее, что услышал Шашлык, было:

— Ни чести, ни ума… Ни жизни.

ГЛАВА 21

Тем же вечером, как только барабанный бой стих, Дамуг сел на один из барабанов и посмотрел на равнину с горки. Напротив него выстроились остатки разведотряда во главе с Чесуном.

Острейший вновь покачал головой, не веря ни единому слову провинившихся.

— Так вы утверждаете, там было триста землероек на двадцати огромных лодках?

Чесун энергично закивал — его жизнь зависела от этого. Остальные тоже закивали, слегка пятясь.

— Я все как-то в толк не возьму, — продолжал Дамуг. — Вы говорите, они окружили вас, убили тридцать солдат и офицера, а потом бесследно исчезли?

В ответ и без того низко опущенные головы снова закивали.

— И ни один, ни один из землероек не был ни убит, ни взят в плен?

Опять молчаливое подтверждение.

Великокрыс прикрыл глаза и потер виски. Он устал. Вот уже в четвертый раз он пытался вывести их на чистую воду, но они упорно придерживались первоначальной версии. Он обернулся на мертвые тела, валяющиеся в ручье и на берегу, — тупые создания, позволившие себя убить так легко.

Вновь переведя взгляд на живых во главе с Чесу-ном, он устало вздохнул.

— Триста землероек, двадцать лодок, да? Ну что ж, помяните мое слово, я еще докопаюсь до правды, и, если она окажется такой, как я думаю, вы будете молить меня прикончить вас поскорее! Ясно?!

Разведчики задрожали, но не проронили ни звука. Дамуг указал на убитых.

— Выройте яму глубиной в двадцать мечей, а когда похороните этих, войдете в реку и будете всю ночь стоять по горло в воде. Ни пить ни есть без моего разрешения! Грабля, отряди двух офицеров присматривать за ними.

Остатки костров догорали, отбрасывая последние отблески света на долину и реку. Звезды зажглись на безлунном небе, подул легкий ветер.

Сиг скрипнул зубами — напильник задел по шее.

— Не дергайся! — прошипел Бор ему в ухо, продолжая работать над цепью, приковывающей их друг к другу — Уже немного осталось.

Длинношей был уже освобожден, это именно он сумел раздобыть напильник. Он с опаской прошептал:

— Надо бы скорей, времени мало.

Бор надавил на ошейник обеими лапами — цепи звякнули и упали. Лис потер шею, сверкнув глазами в темноте.