Читаем Дознание в Риге полностью

Больше он ничего изречь не успел. Титус сзади крепко приложил его по затылку. А Лыков схватил оставшихся под бока и сжал до хруста в костях.

– Говорите, сукины коты, кто вас послал! Ну? Ребра поломаю!

Ребята посинели, но еще гоношились.

– Барин, отпусти нас по-хорошему, – предложил один, с чирьем на лбу. – А то ведь когда мы все явимся, худо тебе будет.

Но сыщик так врезал ему под дых, что того пару минут выворачивало наизнанку. За это время пришел в себя главарь. Лыков поставил всех троих на колени и принялся допрашивать.

– Значит, описываю перспективу, – начал он. – Вы мне говорите, кто вас подослал. С подробностями. Ежели вздумаете молчать или врать, бью жутким боем, пока не скажете.

– А вдруг не сознаются, Алексей Николаич? – ехидно спросил Титус.

– Тогда, Яков Францевич, я их замордую до смерти.

– Неужели всех троих? – продолжил Яан.

– Нет, одного оставлю. Того, который расскажет.

– Так он ведь тебя же и выдаст следователю.

– Один не выдаст. Кто ему поверит, что надворный советник Департамента полиции людей убивает? Опять же, нас двое. Уважаемые люди. А он один и бандит. Нет, нам поверят, а не ему. Видишь ножи с кастетами? Напали на нас, сволочи, и хотели ограбить. Пришлось жизнь спасать. Годится, Яков Францевич?

Титус прошелся перед пленными, глаза его горели злобой.

– Вы, твари! Это мой товарищ, зовут его Лыков. И служит он действительно в Департаменте полиции. Таких мразей, как вы, господин Лыков много перебил. Еще пару ничтожных жизней ему совсем не жаль. Место здесь тихое, свидетелей нет. Выбирайте: или говорите нам все, что спросим, или подыхайте. Мне за брата вас не жалко. Ну? Ты первый, – он ткнул пальцем в главного.

Тот мотнул головой:

– Пугай свою бабушку! А я уж пуганый…

Титус отошел в сторону и сказал:

– Ну, Алексей Николаевич, покажи себя.

И Лыков показал. Двое других бандитов не смогли смотреть без содрогания, как мутузят их начальника. Конечно, сыщик не собирался убивать преступника, но отделал на совесть. Тот больше походил на мертвого, чем на живого.

– Уф, утомился, – прекратил он расправу через несколько минут. – Дай маленько отдохнуть, и продолжим.

Пленные сделались белее мела. Вокруг ни души, главарь лежит весь в крови, а эти двое не намерены останавливаться. Надворный советник взял парня с чирьем за волосы и неожиданно легко оторвал от земли. Тот завизжал от боли. На крик выскочил из кустов садовник, но увидев, что творится, тут же юркнул обратно.

Держа налетчика на весу, сыщик спросил:

– Ну?

И замахнулся.

– Я скажу, скажу!

Поставленный на землю пленник торопливо заговорил:

– Нас послал Ярышкин. Велел, значитца, спровадить евонное степенство, брата убитого Язепа.

– Зачем?

– Чтобы под ногами не путался.

– Кто убил Язепа Титуса?

– Сами ищем, ваше высокоблагородие. И не можем найти.

– Что значит сами ищете?

– А он от нас дуван[27] утаил. Навел на квартеру, богатая была! Много взяли. Надо, значитца, спрятать, пока сыщики лютуют. А потом-де продадим, когда поутихнет.

– Ну и что?

– Так мы дуван-то ему и отдали, наводчику. А он возьми и сбеги. Вот, господин Ярышкин велел найти и наказать. И кле[28] вернуть.

– Ты чего мне тут лопочешь?! Я спрашиваю, кто его убил.

– Говорю, как на духу, ваше высокоблагородие: сами не знаем. Сбег Язеп, а потом его зарезанного нашли. Плакал наш дуван. И Ярышкин приказал тогда убивцев этих определить. Чтобы спросить, а не у них ли теперь вещички?

– Зачем моего друга стращали?

– Так я ж сказал, ваше высокоблагородие! Ходят, внимание привлекают. Полиция может заинтересоваться. Ни к чему это.

– Тьфу! Стань обратно на колени.

Бандит повиновался, а приятели отошли в сторону и начали совещаться.

– Мне кажется, он правду говорит, – сказал Алексей.

– Похоже, – ответил Яан. – Помнишь, что полицмейстер сказал? Вор у вора дубинку украл. Они это, видать, уже раскопали, только нам не говорят. Поэтому и искать не желают.

– Ну, тогда от этих больше ничего не добиться. Пошли в полицию.

Всей толпой они явились в ближайший участок. Двое уголовных несли на себе третьего. Тот был в сознании, но сам идти не мог. В участке Лыков предъявил свой полицейский билет и рассказал, что на них с приятелем напали. Когда они мирно гуляли в саду Гегингера, нюхая сирень… Пришлось отбиваться от ножей, вот их три штуки. Главарю намяли бока, чтобы уравнять силы. Оставшиеся сдались.

– Ловко вы его отделали, – констатировал пристав, коллежский асессор Малаховский, разглядывая главаря. – Известный в наших местах человек, кличка Дюжий. Налетчик.

– Был дюжий, а стал недужий, – плоско сострил Лыков. – Ну, мы пошли?

– А протокол?

– Пришлите в гостиницу «Центральная», – отрезал надворный советник. – Времени нет здесь торчать.

– Минуту! – сообразил вдруг пристав. – А вы не те ли двое приезжих, о которых мне телефонировал вчера господин полицмейстер? Ну-ка, ну-ка… Точно! Лыков и Титус.

– И что теперь?

– Велено не оказывать вам содействия, вот!

– Да ну! Может, и налетчиков тогда отпустите? – с издевкой спросил Лыков. – Мы за вас работу сделали, опасных грабителей поймали. Без всякого содействия. Как в рапорте укажете? Себе припишете?