Читаем Дождь (ЛП) полностью

- Кэти, - сказал он теплым голосом. – Я забочусь о тебе. Но я не жду того, что ты останешься рядом со мной. Меня уже не изменить. Станет только хуже, пока… все не закончится.

Я поежилась.

- Знаю. Но я останусь до конца.

- Хотелось бы, - сказал он. Его голос был нежным, и я знала, что сейчас он прижимается к двери. Такой была наша жизнь.

Он прошел в душ, послышался шум воды.

- Я останусь, - тихо сказала себе я. – Я найду выход.

Телефон зазвенел, я подпрыгнула. Я раскрыла телефон, колокольчик на омамори позвякивал от движений кейтая.

- Юки, - с облегчением выдохнула я, нажала «ответить» и прижала телефон к уху.

- Кэти! – завопила Юки. – Мы с Тан-куном беспокоимся. Как ты?

- В порядке, - сказала я. Мыслями я вернулась на несколько часов назад. Она звонила, потому что я прогуляла уроки.

- А Юу?

- Ему лучше, - сказала я, чуть расслабившись. Мне нравился успокаивающий шум душа. Я была частью чего-то личного, пусть он и был по другую сторону двери. – Но это была жестокая шутка.

- Так это сделал не он?

Все больше лжи и обмана. С Томо моя жизнь уже не будет простой.

- Конечно, нет. Ты же видела, что мы пришли в школу вместе. Да и зачем ему делать такое?

- Понимаю, - сказала Юки извиняющимся тоном. – Я слышала, что в раздевалке для мальчиков был бардак. Все думают, что это сделал он.

Я хотела бы беспокоиться, но это уже не казалось мне важным. Что там чернила на досках? Нам нужно было беспокоиться из-за ками.

- Если еще что-то понадобится, дай знать, ладно? – сказала она. – Я принесу тетрадки завтра.

- Спасибо, - сказала я и закрыла телефон. У меня были лучшие друзья в мире. Они тревожились за меня, заботились обо мне. Как и Диана.

Кто был у Томо?

Я. В какой-то степени, его отец. Ишикава. И все.

Я поднялась на ноги и прошла по лестнице в спальню Томо. Его синее покрывало кучей валялось на кровати, на полу были разбросаны темные футболки и джинсы. У него так и остались на стенах жуткие рисунки и картины эпохи Возрождения, где ангелы подавляли демонов.

Я села за его стол, где осталась открытая тетрадь и стопка учебников для подготовки к экзаменам. Было ли у него время учить все это?

Его почерк был изящным и отточенным, было заметно влияние каллиграфии на его кандзи. Но он заполнял тетрадь с осторожностью. Все кандзи со значением «меч» были чуть размытыми, некоторые были недописанными.

Я подняла его ручку и покрутила ее пальцами. В его комнате слабо пахло его ванильным гелем для душа, здесь было уютно, если не смотреть на жуткие рисунки на стенах.