Читаем Дождь и снег полностью

Несколько минут оба молчали, потом паренек сказал: - Да. Теперь я понимаю. Вы поэт. Я должен был сразу догадаться. Только поэты способны на такие неожиданные, добрые поступки. И еще я хочу сказать, что вы - хороший поэт. Кто вы? Видимо, я вас знаю. Хозяин покачал головой. - Нет. Это дождь. Поэт, о котором вы говорите, - это дождь. Я просто записал то, что сложил он. "Конечно,- подумал паренек.- Он и должен говорить о себе только так. Дождь навеял ему и этот ритм, и эти образы..." - Не верите? Но это действительно дождь. Я сейчас объясню... Хозяин торопливо прошел вдоль стеллажа. Пальцы его, словно по клавишам, пробежали по корешкам папок. - Дождь - естественный генератор шума, то есть последовательности случайных сигналов. Ведь каждая капля падает по-своему, правда? Я придумал одно устройство. Оно фиксирует удары капель и преобразует их в обычный двоичный код. Импульс - единица. Нет импульса - ноль... Моя пишущая машинка превращает язык дождевых капель в знаки: 10000 - "а", 01000 - "б", и так далее. И вот, представьте себе, сначала получался хаотичный, бессмысленный набор знаков, строк. Но потом, потом... Сколько дождей прошумело за те десять лет, что прошли! Сколько капель упало... Наверное, нет числа, чтобы их сосчитать... Но потом вдруг случилось вот это... Явилось это стихотворение. Теперь вы понимаете, почему его написал дождь? Паренек взял одну из папок, раскрыл ее. Бесчисленные буквы перетекали из строки в строку, со страницы на страницу, из папки в папку... в бесконечность. Он поднял глаза: - Но десять лет... Десять лет! Как вы могли ждать? И... зачем вам все это? Ему не стоило так говорить. Лицо хозяина стало замкнутым. - Я математик. Я хотел показать, на что способна техника. И сам хотел узнать, на что она способна. Мне было интересно. Неужели не понимаете? Паренек поспешил исправить оплошность. - Я понимаю, понимаю. Все равно - вы поэт. Поэт техники. Глаза хозяина снова засияли по-детски. Он засуетился, схватил поднос, выбежал из комнаты. Вернулся с крупными яблоками, мокрыми, со следами земли на золотистых боках. Они словно светились. - Как вас зовут? - Саша. - А я Павел Иванович. - Что вы собираетесь сделать со стихами? Пошлете в редакцию? - Нет. Разве можно? Они ведь не мои. - Стихи дождя. Но нашли их и записали вы. Чьи же они еще? Хозяин съел яблоко вместе с сердцевиной. Покрутил в руках "хвостик", сказал: - В том-то и дело, что они чьи-то. Когда-нибудь родится человек. Он вырастет и начнет писать стихи. Кто знает, когда и почему выплеснет из его сердца эти строки. И в эту минуту человек станет их рабом: слова будут торопливо ложиться одно за другим, словно их кто-то нашептывает. А когда поставит последнюю точку, прочтет изумленно. Как это случилось? Откуда взялось? Он не будет знать, что стихи в природе существуют объективно: как дождь, как ветер, как эти яблоки. Все прекрасные мелодии, стихи существуют объективно - сегодня или в будущем. На языке математика они - продукт естественных генераторов шума. Человеческий мозг - самый совершенный из таких генераторов. Какие еще возможности скрыты в нем! Может быть, всего десяти минут хватит тому, неведомому человеку, чтобы создать стихи, которые я искал десять лет... Помолчав, хозяин добавил: - А вдруг такой человек уже есть? Может, он уже написал эти стихи? Паренек не ответил: он слушал дождь. Дождь шуршал, шелестел, шептал в созвездьях плодов и цветов...