Читаем Дождь для двоих полностью

Он вспоминал прошлое. Это не первый раз, когда под его командованием оказывалось такое войско. Однажды он уже воевал, владея лишь разрозненной армией, наполовину состоящей из новобранцев и обычных людей, впервые шедших убивать. В прошлый раз он пожертвовал многими во имя победы. Имел ли он сейчас право поступать так же? Или мир пытался ему сказать нечто иное? В прошлом… в прошлом он повел в бой своего сына, который, ни капли не сомневаясь, бил врага штыком и метко стрелял, не жалея патронов. То было в прошлом. Сейчас уже сын ведет его, Недара, в бой. Старый полководец и не надеялся, что такой день настанет.

– В поход! – воинственно произнес губернатор.

В Иззене готовились к войне, и чудовищный ливень не мог этому помешать. Анина не умела строить солдат и вообще не разбиралась в военном деле. Война – дело мужчин. Но она не могла сидеть сложа руки, а потому она приказала главнокомандующему все подготовить, а когда на площади, словно оловянные, встали солдаты Иззена, ведомые своими генералами, она взлетела в седло своего белого коня и выехала перед строем. В ее руках не было оружия, а вместо привычного платья на ней красовался белый военный френч ее мужа без орденов. Слова застревали в горле, и она не могла говорить. Преодолев себя, она застыла как статуя. Мокрые волосы налипли на лицо, вода застилала ей глаза, а по щекам катились пресные слезы. И ее голос зазвучал. Звонкий и пронзительный голос правительницы белого города:

– Настал тот самый день. День, когда пришла пора положить конец войнам раз и навсегда. Сегодня мы уничтожим тех, кто угрожает нашему миру. Знайте, солдаты. Моя дочь жива. Тинар Мотер жив, – от волнения она рассмеялась, и ее смех был одновременно и воинственным, и печальным, веселым и дружеским. Он был заразительным донельзя, но ни один солдат не посмел засмеяться в ответ. – Смотрите же, друзья!

Перед строем прошла тень. На вороной кобыле к своим солдатам выехала Эфья. Мало кто смог узнать в ней принцессу. Она похудела еще больше, чем раньше. На ее плечи был накинут все тот же армейский плащ, что и несколькими часами ранее. За ней, словно двойник, выехал Тинар. За стеной дождя было сложно узнать их, но солдатам было и не обязательно. Они верили своей правительнице.

– Сегодня победа будет за нами! – громко сказала Эфья. По подразделениям прошел одобрительный шепот. Но она не была полководцем, хоть и была в душе воином.

– Сегодня! Победа! Будет! За нами! – воскликнул Тинар, и солдаты ответили ему.

– Ура! Ура! Ура! – разнеслось над строем.

Тем временем многотысячное войско всемирной революции уже погрузилось в серый мир Пыли.

* * *

Когда мир неуклонно движется к своему завершению, то неплохо бы вспомнить, с чего он начинался. Истину об этом хранят древние религиозные тексты, кое-что можно почерпнуть из учебников истории. Но были ли те, кто помнил об этом? Двое из них шли сейчас к Аргрундским холмам по железнодорожным рельсам. Солнце уже окончательно скрылось за тучами, и буря, которую еще несколько часов назад никто не ждал, разразилась. На станции, которую с трудом можно было различить сквозь пелену дождя, было людно. Прибыло несколько составов, из которых на залитую дождем платформу выходили сотни солдат. Не всем хватило места – составы стояли один за другим, многие спрыгивали прямо на мокрую траву, где и строились под руководством своих командиров.

– Ну что, Время, ты, как обычно, всеведущ. Знаешь исход этой битвы? – спросил Иадин в несерьезной манере, словно подначивая своего спутника, внимательно шагающего по шпалам, ответить в присущей для него саркастической манере.

– Исхода не знаю. Но могу предположить, – спокойно ответил Время, отряхивая свой капюшон от лишней воды.

– К чему мне предположения?

– Я знаю возможности, но совершенно не представляю, что произойдет в битве.

– Но ты ведь знаешь время вылета каждой пули, время разрыва каждого снаряда.

– Да, но это разрозненное знание. Я могу составить на основе этих данных картину, но не гарантирую ее точности. Да и не люблю я раскрывать будущее. Я, например, точно знаю, что пришло время встречи с нашими коллегами.

– Например, со мной? – вкрадчиво спросила сухопарая сгорбленная женщина в черном плаще, вынырнувшая из пелены дождя и глядящая на Иадина и Время немного снизу.

– Привет, Смерть. Ты сегодня покупаешь? – мирно спросил Время.

– И продаю, почему нет? Товар хорош, – сказала Смерть и, достав из складок одежды яблоко, с наслаждением откусила от него кусок.

– Ты взялась за старое? – строго спросил Иадин, словно Смерть была в чем-то повинна перед ним.

– Нет, что ты. Я не посмела подойти ни к кому из них. Я верна своему слову. Жизнь тоже здесь, она уже на холме. Вы ведь туда?

– Ненависть, Жадность, Зависть. Ты их видел?

– Зуг не придет. Её товара здесь нет. Жадность тут, но прячется, ждет, когда придут мародеры. Думаю, ее уже посещали некоторые «клиенты». Ненависть в Пыли. Она открыто не действует, просто следует за теми, кому она дорога. А что остальные? Придут посмотреть?

– Надежда и Вера скоро будут, – сказал Время.