Читаем Доверие полностью

Счастья краткое мгновеньеВ нем судьба заключена,Не прокормит вдохновенье,Но к нему ведет она.Это вальс на голой льдинеИ рисунок на песке,Это только миг единыйВ нескрываемой тоске,Это тихая улыбкаНад родившейся строкой,Это в черном зале скрипка,Обманувшая покой.Так ручей не умолкает,Зная горький свой конец,Так безудержно сверкаетСолнца пламенный венец,И не кормит вдохновенье,Возвышая час любой,Но слагаются мгновенья,Становясь твоей судьбой.1991

* * *

Как Библию читайПрошедшие печалиИ мудрости земной,Дивясь, не прекословь,Мы в жизни столько разЗа бедами встречалиИ благостные дни,И радость, и любовь.Пусть зависть изведетШвыряющих камнямиДа, пращуры моиПисали книгу книг,И сколько будем житьПребудет между намиПечали и любовьПитающий родник.1989

* * *

Ужели хватит нам воспоминанийНа тот безвестный срок, что нам остался,И никаких не требовать скитаний;И никаких пустот не заполнять,И не краснеть за то, где ты скитался,И не вздыхать о радости желаний,И не стремиться встретить их опять!Я не хочу на прошлом словно чагаВисеть на умирающем стволе,Царапины и пятна на столе,И снова — белоснежная бумага,Тот чистый лист, что крови ждет моей,Стекающей через перо на строки,И новые ошибки и урокиУходят в память за судьбой скорей,Чем успеваю их я записать,Не вовремя кончается тетрадь,И прошлое — да вот оно — сейчас:Мой каждый день, мой каждый новый час.1996

* * *

Ничто убить не в силах строчку,Которую поэт родил.Ссылай в именье за Опочку,Приблизь и званьем награди,В затылок пулю на Лубянке,В подарок знойной Колыме,Или в Калитники останкиИ в яму тайную во тьме…Она ничем не истребимаСама разит, казнит и жжет…И ненавистна и любимаНезнамо как живетживет!1990

* * *

У снега нет ни прошлого, ни завтра,И скрип его исчезнет без следа,Какая бесполезная затратаМатериала; времени, труда!..А впрочем труд не так уж энтропиен,Задумка повторяется века,Материал, когда б не торопили,Мог попрочнее быть наверняка.А все же снег…из зависти возможноХочу, как он, лететь, лететь, упасть…И так лежать, как будто бы возложен,И так сверкать, как будто солнца часть!1991
Перейти на страницу:

Похожие книги

Черта горизонта
Черта горизонта

Страстная, поистине исповедальная искренность, трепетное внутреннее напряжение и вместе с тем предельно четкая, отточенная стиховая огранка отличают лирику русской советской поэтессы Марии Петровых (1908–1979).Высоким мастерством отмечены ее переводы. Круг переведенных ею авторов чрезвычайно широк. Особые, крепкие узы связывали Марию Петровых с Арменией, с армянскими поэтами. Она — первый лауреат премии имени Егише Чаренца, заслуженный деятель культуры Армянской ССР.В сборник вошли оригинальные стихи поэтессы, ее переводы из армянской поэзии, воспоминания армянских и русских поэтов и критиков о ней. Большая часть этих материалов публикуется впервые.На обложке — портрет М. Петровых кисти М. Сарьяна.

Мария Сергеевна Петровых , Владимир Григорьевич Адмони , Эмилия Борисовна Александрова , Иоаннес Мкртичевич Иоаннисян , Амо Сагиян , Сильва Капутикян

Биографии и Мемуары / Поэзия / Стихи и поэзия / Документальное
Сибирь
Сибирь

На французском языке Sibérie, а на русском — Сибирь. Это название небольшого монгольского царства, уничтоженного русскими после победы в 1552 году Ивана Грозного над татарами Казани. Символ и начало завоевания и колонизации Сибири, длившейся веками. Географически расположенная в Азии, Сибирь принадлежит Европе по своей истории и цивилизации. Европа не кончается на Урале.Я рассказываю об этом день за днём, а перед моими глазами простираются леса, покинутые деревни, большие реки, города-гиганты и монументальные вокзалы.Весна неожиданно проявляется на трассе бывших ГУЛАГов. И Транссибирский экспресс толкает Европу перед собой на протяжении 10 тысяч километров и 9 часовых поясов. «Сибирь! Сибирь!» — выстукивают колёса.

Георгий Мокеевич Марков , Марина Ивановна Цветаева , Анна Васильевна Присяжная , Даниэль Сальнав , Марина Цветаева

Поэзия / Поэзия / Советская классическая проза / Современная русская и зарубежная проза / Стихи и поэзия