— А теперь слушайте, что будет, — тихим, но не оставляющим сомнений голосом произнесла Мёрфи. — Вы выйдете отсюда живой. Вы будете держать свой чертов рот на замке. И мы никогда больше не станем возвращаться к сегодняшнему разговору. Если Белая Коллегия даже краем глаза начнет коситься в сторону Мечей, я до вас доберусь, Фелиция. Что бы ни случилось со мной в конце концов, но прежде чем доберутся до меня, я доберусь до вас.

Фелиция повернула к ней лицо. Она явно еще пребывала в шоке. Мёрфи сломала ей нос и выбила по меньшей мере два зуба. Одна скула уже заплыла и потемнела. Все лицо покрылось порезами от разбитой чашки и ожогами от кипятка.

Мёрфи нагнулась еще ниже и приставила ствол пистолета Фелиции ко лбу.

— Бах, — прошептала она очень тихо.

Вампирша вздрогнула.

— Поступайте, как считаете нужным, Фелиция, — прошептала Мёрфи. Потом медленно выпрямилась и вернулась на свое место. — А теперь, — произнесла она громким, спокойным голосом, — убирайтесь вон из моего дома.

Фелиция, шатаясь, поднялась на ноги, открыла дверь и заковыляла к белому лимузину, стоявшему на улице перед домом. Мёрфи подошла к окну и дождалась, пока та сядет в машину и уедет прочь.

— Ага, — выдохнул я. — Двоих блондиночка уже уделала.

— Боже правый, — с уважением в голосе пробормотал сэр Стюарт. — Теперь я вижу, почему за помощью вы обратились именно к ней.

— Чертовски верно, — согласился я. — А сейчас давайте-ка позовем Морти. Пока она в хорошем настроении.

Глава десятая

Я дождался Морти и сэра Стюарта на крыльце. Ночь, судя по всему, выдалась холодная. Морти стоял, съежившись под порывами ветра, сунув руки в карманы пальто. Взгляд его нервно метался из стороны в сторону. Он дрожал.

— Позвоните в колокольчик, — сказал я. — И вы, конечно, можете считать это моим личным мнением, но будь я на вашем месте, я бы держал руки на виду.

— Спасибо, — без особого энтузиазма отозвался Морти, дергая за шнурок. — Я еще не говорил вам, Дрезден, сколько света и радости вы приносите с собой в мой мир всякий раз, как в него вторгаетесь?

— Всего-то день работы, если вы порождение легенд Вселенной, — хмыкнул я.

— Не могу не обратить внимания, — вмешался сэр Стюарт. — Справа и слева от нас волки.

Я оглянулся. Он говорил правду. Один волк, тот, что массивнее, отличался темным мехом, второй — помельче — бурым. Они сидели в тени, застывшие как изваяния, так что заметить их мог только наметанный глаз. Оба напряженно следили за крыльцом.

— Уилл и Марси, — сказал я. — Хорошо смотрятся.

— Опасные хищники, — буркнул Морти сквозь зубы.

— Капитан, подтянитесь! Они не причинят вам вреда, и вы это прекрасно знаете.

Морти еще успел одарить меня недобрым взглядом, а потом Мёрфи открыла дверь.

— Мисс Мёрфи, — поклонился ей Морти.

— Линдквист, если не ошибаюсь? — спросила Мёрфи. — Медиум?

— Совершенно верно.

— Что вам надо?

— Сзади, — вполголоса произнес сэр Стюарт.

Я оглянулся. Улицу по направлению к дому пересекала невысокая мужская фигура в тяжелой зимней одежде. Рядом с ней шел третий волк, с мехом рыжеватого оттенка.

— Я здесь для того, чтобы говорить от имени одного вашего знакомого, — сказал Морти.

Глаза у Мёрфи превратились в две обжигающе-холодные ледышки.

— Кого?

— Гарри Дрездена, — ответил Морти.

Мёрфи стиснула правую руку в кулак. Слышно было, как хрустнули суставы.

Морти поперхнулся и отступил на полшага назад.

— Послушайте, мне самому меньше всего хотелось оказаться здесь, — взмолился он, поднимая руки вверх и демонстрируя ей пустые ладони. — Но вы ведь его знаете. Его тень не менее настырна, чем сам Дрезден был при жизни.

— Вы Богом проклятый лжец! — рявкнула Мёрфи. — Вы известный мошенник. И вы играете с огнем.

Морти долгое мгновение молча смотрел на нее, потом поморщился:

— Вы... Вы верите в то, что он еще жив?

— Он жив, — ответила Мёрфи, упрямо выпятив подбородок. — Тела так и не нашли.

Морти опустил глаза, обиженно поджал губы и провел рукой по лысине, размазав по ней несколько снежинок. Потом сделал глубокий вдох и попробовал еще раз:

— Мне очень жаль. Жаль, что все так сложно.

— Ничего сложного, — возразила Мёрфи. — Только противно. Потому что он еще жив.

Морти повернулся ко мне и развел руками:

— Она все еще не верит. Послушайте, я вряд ли смогу еще что-нибудь поделать. Я и так старался как мог. Ей нужно время.

— Нет, — мотнул я головой. — Нам необходимо заставить ее понять. Сегодня.

Морти помассировал переносицу.

— Что-то незаметно, Дрезден, чтобы вы повзрослели.

Мёрфи продолжала буравить Морти своим полицейским взглядом — интенсивности в нем ничуть не убавилось.

— Все это не становится ни правдоподобнее, ни увлекательнее, Линдквист. Мне кажется, вам лучше уйти.

Морти кивнул, еще раз подняв руки в знак капитуляции.

— Я понимаю. Все, ухожу. Прошу вас, поверьте, я просто хотел помочь.

— Стойте! — рявкнул я. — Наверняка ведь есть что-то такое, что вы могли бы ей сказать.

Морти покосился на меня, в третий раз беспомощно поднял руки и двинулся к машине.

Я стиснул зубы... От Мёрфи меня отделяло меньше фута. Как, черт подери, мне убедить ее в том, что это правда я?