Читаем Дорогие девушки полностью

Нина взяла снимок, посмотрела, прищурив голубые глаза, вскинула взгляд на Турецкого и тревожно спросила:

— А что она натворила?

— Ничего, — ответил Александр Борисович.

— Тогда почему вы показываете мне ее фотографию? — подозрительно спросила Нина.

— Ей грозит беда, — сказал Турецкий. — Но с вашей помощью мы можем попытаться ее спасти.

— Спасти? От кого? — Нина вдруг догадливо вскинула брови. — Подождите… За ней охотится маньяк? Тот самый, который укокошил Ангелину и Венеру?

— Вполне возможно, что это так, — сдержанно ответил Александр Борисович.

Взгляд Нины потеплел. Она посмотрела на фотографию и кивнула:

— Да, я ее знаю. Ее зовут Матильда.

— А фамилия?

— В нашей работе нет фамилий.

— Матильда… — повторил Александр Борисович и посмотрел на покрасневшего Плетнева — Глупость какая-то. Вы уверены, что это ее настоящее имя?

— А кто сказал, что оно настоящее? Она называла себя Матильда, а правда это или нет… — Нина пожала плечами.

— Но, может быть, она рассказывала что-нибудь о своей жизни?

— Лично мне — нет. Мы с ней не были близки. — Нина хихикнула. — Ни в прямом, ни в переносном смысле.

— А с кем она была близка?

— Если в прямом, то обычно с тем, кто платил.

— А в переносном?

— Гм… Дайте подумать… — Нина задумчиво подергала себя за нижнюю губу. — Да вроде особо ни с кем. Хотя… Несколько раз они выезжали на «вызов» с Нелькой Сосединой. Но Нелька от нас ушла, она теперь «индюшка».

— В каком смысле?

— Инди, — пояснила Нина. — Ну, то есть работает индивидуально. Сама на себя, понимаете?

— Как мне ее найти?

— Просто. Ее анкет полно в Интернете.

— Ого! Выходит, жрицы любви стали продвинутыми пользователями?

— Мы не пользователи, «пользуют» обычно нас, — со смехом пояснила Нина. — А в Интернет — да, входим. И выходим! — снова скаламбурила Нина.

— Как разыскать ее анкеты?

— Господи, ну вы прямо как будто вчера родились. Есть такой сайт — называется «Дорогие девушки». Ну это такая игра слов, понимаете? «Дорогие» в смысле — «дорогие девушки, поздравляем вас с Восьмым марта!» Ну и намек на цену. Девчонки там все сплошь красавицы. Элитный персонал, как сейчас говорят! — Нина хихикнула.

— Какой адрес у сайта? — спросил Турецкий.

— Адрес простой — дорогие-точка-ру. Входите, вбиваете в браузер имя Нелли. Одно мгновение — и Нелька перед вами.

— А если там будет несколько девушек по имени Нелли?

— Выбирайте ту, у которой грудь пятого размера — не ошибетесь!

— А если там будет несколько…

— Несколько девушек с грудью пятого размера? — Нина хмыкнула. — Не бойтесь, не будет. Этого сокровища в Москве наперечет. Нелька у нас эксклюзив.

— Красивая?

— На любителя. Но это без разницы. Главное у Нельки не физиономия, главное у нее — грудь.

— А почему она ушла с трассы?

— А зачем ей тут торчать? У нее теперь постоянные клиенты.

— Много?

— Человек пять, но ей больше и не надо. Эти пятеро за десятерых башляют. Да и Интернет ей клиентуру исправно поставляет. В общем, Нелька сейчас в шоколаде. — Нина лукаво прищурилась и насмешливо добавила: — Ставлю сто баксов, что вы тоже на нее западете!

26

Дверь Александру Борисовичу открыла полногрудая блондинка лет тридцати пяти, ярко накрашенная, с тонкой талией и стройными ногами. Тонкая талия и большая грудь — сочетание что надо, усмехнулся Турецкий.

— Нелли? — поинтересовался он, вежливо улыбнувшись.

— Она самая, — грудастая оглядела Турецкого с ног до головы, улыбнулась. — Вы заходите или как?

— Зайду, если впустите.

Нелли посторонилась, давая гостю пройти. Стены просторной прихожей были отделаны декоративной штукатуркой. В углу стоял резной шкафчик для одежды, на нем — какая-то скульптура, не то бронзовая, не то крашеная под бронзу.

— А у вас тут мило, — похвалил Александр Борисович. — Тапочки дадите?

— Конечно! У вас какой размер?

— Давайте сорок третий — не ошибетесь.

Нелли достала из шкафчика пляжные тапки, поставила их перед Турецким.

— Кстати, обращайтесь ко мне на «ты», — сказала она. — Так я быстрее к вам привыкну.

— А нужно привыкать?

— А как же. — Нелли ослепительно улыбнулась. — Я ведь не автомат. Вас, кажется, Александр, зовут?

— Да, но можете звать меня Саша.

— Ну уж нет, я буду звать вас Александр! Как Александра Великого. В этом имени большая мужская сила!

Турецкий натянул тапки и встал со скамьи.

— Ну? Куда теперь?

— Пойдемте в комнату, Александр. Там вы разденетесь, и я дам вам полотенце. У вас это первый раз?

— В каком смысле? — опешил Александр Борисович.

— Ну, за деньги, — с улыбкой пояснила полногрудая Нелли.

— Ах это. — Турецкий кивнул. — Да, в первый. В плане продажной любви я стопроцентный девственник.

Нелли поморщилась.

— Не люблю, когда так называют — «продажная любовь». Любовь не может быть продажной. Продается только секс, и в этом нет ничего плохого.

— А вы, я вижу, философ, — усмехнулся Александр Борисович.

— Я просто давно живу на свете, — с мягкой улыбкой сказала Нелли. — И много чего перевидала. Ну вот — это спальня! Недавно сделала евроремонт.

Турецкий огляделся.

— Как вам? — поинтересовалась Нелли.