Читаем Дороги. Часть первая полностью

Ильгет поднялась к себе в квартиру – прекрасную трехкомнатную квартиру, не слишком чистую и уютную, но обставленную дорогой мебелью. Пита много зарабатывал в последнее время. Деньги девать-то некуда. Разве что накопить на полет, посмотреть другие миры – но Пита не хочет. Да и действительно, что там делать, на этих мирах, везде одно и то же.

Пита, как обычно, сидел в кабинете, видимо, слышал, как хлопнула дверь, но к супруге не вышел. Ильгет проскользнула на кухню. Пора и ужин готовить... надо же было так засидеться. Хотела сегодня еще белье догладить. Ничего, неважно, завтра успею.

Скоро спасатели заберут Арниса. Конечно, для него это хорошо, а для меня... я больше никогда не смогу хоть чуть-чуть прикоснуться к тому дивному большому миру. И как это люди в нем живут – счастливые...

Ильгет начала чистить картошку. Надо выбросить все эти мысли из головы. О Космосе, о Квирине, о полетах...

Мне уже двадцать четыре. Не девочка. Надо думать о том, что есть здесь и сейчас. О жизни. А может, с Питой еще раз поговорить насчет усыновления? Родить Ильгет, говорят, больше не сможет. Конечно, если вернуться в Иннельс, в столицу, и там попробовать обратиться в Государственную Клинику... да это все будет очень дорого. Нет, не стоит. Раз Бог не дает, можно усыновить. В принципе, не так уж важно, свой или нет. Пита пока не очень-то насчет этого, но можно потихоньку его к этой мысли готовить...

Пита вошел в кухню. Достал кусок хлеба, колбасы, начал жевать.

– Скоро ужинать будем, – сказала Ильгет.

– Тебе жалко, что ли? – спросил Пита и положил бутерброд на полку холодильника.

– Да нет! Что ты, я этого вовсе не имела в виду. Ешь! Ну вот, что ты, прямо... – Ильгет расстроилась.

– Ладно, раз мы будем ужинать, я не буду ничего есть, – сказал Пита. Ильгет хотела ответить, но внутренне она ощущала какую-то напряженность мужа и понимала, что продолжение разговора может привести к скандалу. Лучше замять...

Повисло молчание. Ильгет очень хотелось поделиться, рассказать об Арнисе... о Квирине. О тех чудесных вещах, которые она сегодня услышала. Например, о циллосах – неужели Пите было бы не интересно, ведь он программист. Нельзя... Но так как и молчать было неудобно, она все же сказала:

– Как у тебя на работе?

Пита шумно вздохнул.

– Да как... представляешь, проект нам предлагают на две недели, а по-хорошему там месяца три надо. И шеф, похоже, берет.

– Ну ты ведь сможешь? – улыбнулась Ильгет, – у тебя всегда получалось.

Ей всегда нравилось, что Пита хороший специалист. Смешно – но действительно нравилось. Она этим гордилась даже.

Пита вздохнул.

– Да уж не знаю... Понимаешь, там... – он углубился в описание технических деталей, уже через несколько секунд Ильгет перестала его понимать. Но просить объяснить было бесполезно, она лишь молча кивала. Потом она спросила.

– Но это проект, ты говоришь, для какого-то нового центра?

– Да, – сказал Пита, – собираются строить у нас. Биотехнологическое производство, какие-то роботы, что ли...

– Живые?

– Ну не знаю. Нас ведь не посвящают в детали, и вообще это проект правительственный, все в тайне. Я думаю, что-то военное... Ось Зла, ты же понимаешь.

Ильгет нахмурилась.

– Я только не понимаю, почему Ось Зла... Если так посмотреть, так это мы на всех нападаем.

– Ну, Иль... ты по-женски рассуждаешь. Смотри, – Пита стал загибать пальцы, – на планете есть целый ряд стран, где общественный строй, во-первых, приближен к диктатуре. Во-вторых, там у них нарушаются права человека. В-третьих, есть совершенно точные доказательства того, что эти страны собираются заключить союз и напасть на Лонгин. И что мы должны, сидеть сложа руки и ждать, пока они к нам придут?

– Да, в общем, все логично, – согласилась Ильгет.

– Они же нам сами скажут спасибо, – проворчал Пита.

Она вынула из духовки картошку. Стала накрывать на стол – салфетки, тарелки, вилки, ножи, вазочки... Пита стоял у окна, скрестив руки на груди, снисходительно наблюдая за ее работой.

– Давай садись ужинать.

Ильгет взглянула на мужа, заметила, что он отвернулся и незаметно перекрестилась. Молитву – про себя.

– Слушай, Пита... я вот все думаю. Ты ведь теперь хорошо зарабатываешь. Может, нам усыновить ребенка?

Пита глухо застонал.

– Не понимаю, зачем тебе это надо. Материнский инстинкт покоя не дает?

– Ну понимаешь, – сказала Ильгет, – мне просто скучно. Я целый день одна дома...

– Но у тебя собака есть.

Ильгет тихо вздохнула. Нет, не получается...

– Я пытаюсь работу найти, – сказала она, – но пока ничего...

– Я не знаю – ведь денег, вроде, хватает? Я тебе в чем-нибудь отказываю? Нет, я не тиран какой-нибудь, если хочешь – работай. Но зачем, я не понимаю?

– Ну если я буду работать, то накоплю, чтобы поступить опять в универ

– Ну а как ты уедешь в другой город, и отдельно будем жить, что ли?

– Да ладно, – сказала Ильгет, – еще и денег-то нет, а мы уже рядимся, что да как... Да нет, мне, конечно, все это необязательно, просто без ребенка как-то сидеть... ну правда, скучно.