Ему пришлось довольно долго стучать в дверь, но вот она наконец распахнулась, и на пороге появился коренастый седой мужчина весьма благообразной наружности, с короткой бородой и голубыми глазами, которые лучились добротой. Увидев насквозь промокшего путника, он без лишних слов посторонился, позволяя Леону пройти внутрь, ещё до того, как тот успел что-либо сказать.

— Господи боже… вот гроза-то, — дождь в самом деле превратился в грозу, издалека доносились отчётливые раскаты грома, ветер усилился, и деревья теперь трепетали и гнулись под его напором. — Проходите, сударь, проходите скорее, вы весь промокли! Мария! — громко позвал он, и эхо подхватило крик, разнеся его по коридорам замка.

— Благодарю, — Леон, оказавшись внутри, с трудом сдержал желание отряхнуться по-собачьи. — Погода и впрямь ужасная. Надеюсь, хозяин замка позволит мне переждать дождь под его крышей?

— Хозяйка, — поправил его слуга. — Госпожа Аврора всегда милосердна к попавшим в беду, у неё очень доброе сердце, конечно, она не будет возражать… Я Жан, а это моя жена Мария, — он указал на спешившую к ним женщину — чуть моложе его, полную телом, но красивую, с едва серебрящейся в волосах сединой. — Мария, позаботься о господине… эээ…

— Леоне.

— Леоне, а я отведу в стойло его лошадь, — Жан накинул плащ с капюшоном, который ему подала жена, и отважно шагнул под дождь, Мария же приняла промокший плащ Леона и повела его по коридору, бормоча себе под нос:

— Вот же погодка, святые угодники… Разверзлись хляби небесные… И это только начало осени, а что же дальше будет… Вы из каких краёв будете, сударь?

— Из Парижа, — честно ответил Леон, и служанка замолчала, возможно, впечатлённая и смущённая присутствием столичного гостя. — Здесь проездом, по делам. Ещё раз благодарю за гостеприимство, — добавил он, когда Мария открыла перед ним дверь одной из комнат, по-видимому, предназначенной для гостей.

— Да как же иначе, не могли же мы с Жаном вас в такую погоду на улице оставить! — она всплеснула руками. — К нам в Усадьбу теней редко кто заезжает…

— Усадьба теней? — переспросил слегка удивлённый Леон. — Так называется замок?

— Так, именно так, его ещё первый хозяин так назвал, давно это было, в незапамятные времена… Вы подождите, сударь, я вам сейчас воды нагрею, — и Мария скрылась с глаз, оставив Леона размышлять о причинах, которые побудили первого владельца замка дать ему такое странное название.

Хозяйка дома явилась через некоторое время, когда Леон уже успел немного прийти в себя, отогреться и узнать от Жана, что с его вороной кобылой всё в порядке, и сейчас она надёжно укрыта от дождя и холода в конюшне. Едва дверь открылась, и на пороге появилась женская фигура, Леон вскочил из кресла, куда он только что опустился, и поклонился со всей возможной учтивостью.

— Леон дю Валлон, бывший капитан королевских гвардейцев, к вашим услугам, — о недолгом периоде своего пребывания в рядах мушкетёров он предпочёл не говорить.

— Аврора Лейтон, вдова, — мелодичным голосом представилась женщина перед ним и присела в изящном реверансе. Леон вскинул голову — и на мгновение забыл, как дышать. Позднее он радовался, что назвался раньше, чем взглянул на хозяйку, потому что после первого же взгляда лишился дара речи и вряд ли мог бы сказать о себе что-либо связное.

Очевидно, потеря супруга произошла совсем недавно — хозяйка замка всё ещё носила траур и была одета в строгое чёрное платье. Но Леон едва обратил внимание на её одежду — так его поразила красота Авроры Лейтон. Среднего роста, изящная и стройная, казавшаяся ещё стройнее в этом платье, она была похожа на мраморную статую, изваянную рукой искусного скульптора. Тёмный цвет платья оттенял белизну кожи, густые чёрные волосы спадали с двух сторон узкого вытянутого личика с острым подбородком, из-под ровных чёрных бровей смотрели необыкновенные глаза — тёмно-серые, обрамлённые длинными чёрными ресницами, выразительные, полные тревоги и настороженности. Таких красавиц Леон не встречал даже при королевском дворе. Пока он смотрел, не в силах отвести взгляда, хозяйка подошла чуть ближе, и капитан, сообразив, что уже довольно долгое время беззастенчиво таращится на неё, поспешно опустил глаза.

— Гроза застала меня в дороге, и я был вынужден просить ваших слуг о гостеприимстве, — пробормотал он, чувствуя неловкость от того, что молодая женщина так пристально рассматривает его.

— Разумеется, вы можете остаться здесь до тех пор, пока не кончится дождь, — кивнула она. — У нас тут редко бывают гости. Надеюсь, вы присоединитесь ко мне за ужином.

— Почту за честь, — он склонил голову ещё ниже. Аврора рассматривала его ещё некоторое время, затем отступила, продолжая глядеть на него, и лишь у самых дверей повернулась спиной и вышла. Леон, вскинувший глаза, успел заметить, как взметнулись и стукнулись о спину блестящие чёрные локоны, а затем хозяйка замка исчезла, оставив в комнате едва уловимый аромат полыни и гостя, с трудом приходящего в себя после воздействия столь ослепительной красоты.

Глава II. Зелье забвения