Читаем Донор полностью

– Преследуя тени, я выбралась на крышу, – продолжила эмпатка. – Вся ее поверхность была покрыта обильными зарослями сухой сорной травы. Я обратила на нее внимание лишь потому, что она мешала ходить и цеплялась за штаны. Решив сначала, что растения погибли от холодов, я не сразу сообразила, что на крыше тепло, и даже нет ветра. А когда наш глайдер стал перестраиваться на верхний уровень, выяснилось, что в этом районе активирован силовой экран. То есть, вся крыша, а соответственно, и растения были защищены от зимы. Они не могли погибнуть от мороза, но были высохшие, пожухлые, мертвые. И только чертополох выжил.

– Не вижу связи с маниохами, – пожал плечами Бандо.

– Включи мозги, Скай! Весь Порог покрыт сухой травой и пеплом. Подумай, что остается от деревьев, кустов, травы, после того как по ним проходит энергетический щуп «мага»? Правильно – сухой остов, скелет без жизни. А теперь я напомню тебе, что растет на линии фронта и в тех землях, где побывали маниохи. Чертополох. Проклятый сорняк с колючим стеблем и пушистым цветком, красным, как…

Она задохнулась и вдруг посмотрела на Энки, который лежал с закрытыми глазами и дремал под жужжание медицинских сканеров.

– Как его волосы, – закончила Юджин.

– Это слишком фантастично даже для твоего богатого воображения, – прищурился Бандо. – Маниохи в Маурконде? Странно делать такие выводы на основании каких-то сорняков. К тому же Кольцо Крискона работает безупречно. Каждый раз, когда мы провозим тушки мертвых «магов» для наших опытов, то тратим уйму времени, доказывая пограничникам, что маниохи мертвы. А разве по теням ты не могла определить – «маги» то были или люди?

– Для нас все тени одинаковы, – вздохнула Юджин. – Только эмоции имеют значение. Это были маниохи. Поверь, я десять лет охочусь за ними в Пороге. Думаешь, я их не отличу?

– Дьявол, Ю Джей! Даже если на секунду допустить, что ты права, то зачем им «Сердце»? Это ваша мечта, а на маниохов. Тем более, что проект был настолько сырым, что никто даже не брался сказать, когда начнутся тестовые испытания. Если бы я готовил Вторжение, то для начала взорвал бы Золотую Башню. Там и центральный портал, и правительство, и дельта всех эфталитовых рек. Один удар – и мы сидим в темноте, едим крыс и прячемся от эмпатов – черных, белых, военных, всяких. Тут и вражеской армии не понадобится. Мы сами себя уничтожим. Вот интересный вопрос: сможете ли вы, эмпаты, соблюдать Кодекс, когда благополучный Маурконд окажется в заднице? Думаю, нет. Когда дело касается выживания, о чести не вспоминают.

– Тебя когда-нибудь посадят, Бандо, – пробурчала Юджин. – И я лично прослежу, чтобы тебя отправили в самую гнилую тюремную яму Пятиречья. Ты опасен для общества. И ты кое-что упустил. Во-первых, Золотая Башня не стоит в центре города, ожидая, когда ее взорвут или захватят. О ее местоположении даже не все руководство военных знает, не говоря уже о нас с тобой, смертных. А во-вторых, «маги» не так уж глупы. Зачем им «Сердце»? Да чтобы сделать нас слабее. Проект не закончен, но ведь они не обязательно об этом знают. Представь, какой переполох должен был подняться в их логове, когда им донесли, что эмпаты работают над «вечным источником». Никакого ограничения в виде доноров, никаких препятствий для проникновения в их поганый мирок. А что? Узнав о «Сердце», они вполне могли подумать, что мы готовим Вторжение, и решили напасть первыми.

– Давай не будем играть в генералов, – поморщился Скайфер. – На то, чтобы думать за врага и анализировать его мысли, существуют менталисты, девятый отдел и еще куча разных спецслужб Альянса. Просто сообщи Крискону о своих подозрениях и возвращайся в Порог заниматься тем, что делала последние десять лет. У тебя хорошо получалось.

Оба замолчали. Скайфер притворился, что настраивает аппараты, присосавшиеся к телу Энки, Юджин смотрела на свои крепко сцепленные пальцы, чувствуя волны голода, которые исходили от донора. Его нога касалась ее спины, но ей не хотелось отодвигаться в сторону. Юджин казалось, что если она пошевелится, то разрушит ту атмосферу доверия, которую она старательно создавала в комнате последние полчаса. Здесь требовалась осторожность. Если Бандо догадается, что она прибегла к внушению, то станет ее заклятым врагом. В некоторых вопросах доктор был принципиален.

– Знаешь, чем маниохи отличаются от нас с тобой? – наконец, спросила она.

Скайфер пожал плечами, пытаясь увильнуть от продолжения неприятного разговора.