Читаем Дон полностью

Нам действительно повезло, мы сначала услышали перестрелку, и чуть позже, благодаря боевику, я разобрался, что очередного пилота загнали в развалины и окружают. Было несколько местных полицейских и добровольцы из горожан. Боевик облучил всех станнером, и даже если у кого были импланты защиты от нейроизлучения, мощности хватило, чтобы продавить их – военное оружие, что еще скажешь. Так что и охотники, и огрызающаяся дичь были парализованы. Дальше я лично выволок из укрытия пилота, наложил ему на ногу повязку (его все-таки успели подстрелить), и, загрузив бесчувственное тело на дрона-техника, мы направились дальше. Причем двигались предельно сосредоточенно, десант уже был на поверхности и сейчас от окраин двигался к центру, сжимая колечко. Причем несколько десантных капсул спустились где-то в центре, видимо, у здания компании «Нейросеть», усиливали диверсантов.

Направлялись мы к окраине, в ту сторону, но когда я наконец определился и вывел схему подземных коммуникаций на рабочий стол сети, то понял: мы на месте. Эта схема у меня осталась с тех времен, когда я выполнял заказ по банкиру – тогда я и биоматериал его собрал. В общем, я собирался укрыться под землей. Обычные люки для моего боевика не подойдут, это техник еще сложится и протиснется, а боевик нет, но тут был рабочий грузовой люк с расширенным коридором, боевик точно пройдет. Правда, этот люк был засыпан обломками, и требовалось его расчистить.

– Слезай, приехали, – спрыгивая с техника, велел я и, достав из кармана бутылочку с водой, сделал два глотка.

Это от шоколадок на питье пробило. Я две схомячил.

– Что-то случилось? – насторожилась Лея.

– Норма, укрытие откапывать будем.

Если до этого та расслаблено сидела на дроиде, покачиваясь в такт движению, и беззаботно помахивала куском пластика вместо веера (а что, у нее личный телохранитель, есть, кому о ней позаботится), то тут явно вспомнила, где находится. Я подставил плечо и помог ей слезть – ноги-то пораненные, это не в капсуле ее лечить, сами долго заживать будут. После этого мы быстро освободили дрона от ноши, свалив вещи в общую кучу, и тот приступил к разбору завалов – думаю, ему минут десять понадобится на это дело. Я же прислушался с помощью сенсоров боевика к округе – десантники пока были далеко – и поморщился, как будто лимон съел.

– Лея, извини, но я по-другому не могу, – вздохнул я. – Одно дело замечать, где раненые находятся, в большинстве под завалами, и знать, что просят помощи, но другое дело – дети. Тут рядом плачут трое, буду доставать.

Та как-то странно на меня взглянула, но промолчала. Оставив их на месте, – Лея на куче вещей сидела, боевик охранял, а техник активно работал, уже край люка освободил, – я достал веревку и энергичным шагом направился к соседнему зданию. Там у пролома уже стоял мой разведчик. Подойдя, я присел и негромко спросил:

– Эй, есть кто живой?

– Дяденька? – услышал я заплаканный голос. – Дяденька, спаси нас.

По голосу плохо было понятно, кому он принадлежал, но вроде девочке-подростку лет двенадцати. Я стал спускать веревку в разлом, тут по краям разломанные плиты еле держались, еще немного – и все рухнет вниз. На другом конце была петля, и я сказал:

– Давайте я вас вытащу. Поставьте одну ножку в петлю и держитесь за веревку. Я вас по одному подниму.

– Готово, поднимайте, – послышался снизу звонкий голос.

Я быстро поднял из полуподвала кроху лет трех, всю заплаканную и грязную. Сунул ей бутылочку с водой, явно же малышка жажду испытывает. И пока та, жадно присосавшись, опустошала бутылочку, сидя рядом, я следом поднял еще одну девочку лет пяти, а потом и третью, десяти. Тут я с возрастом немного ошибся, не двенадцать ей было, меньше. Это явно были сестры.

Забрав девчат, я повел их обратно к нашим, пообещав остальным выдать воды на месте. Кроха выдула все сама, сестрам ничего не оставила. На месте, пока дрон вскрывал переклинивший люк, вырезая его, я выдал детям бутылочки воды и шоколадки. Ну и чистящие салфетки, чтобы лица и руки привели в порядок. Опрашивая девчат, я понял, что те остались сиротами. Комната родителей была соседней, и там сплошные завалы. Квартиру те снимали в полуподвале, которые, кстати, пользовалось спросом, потому что там прохладнее. Вот так и вышло – дети выжили, а родители их вряд ли.

Лея на детей смотрела, но не подходила, сидела себе на кофре с блоком ракет и наблюдала, как я их кормлю и как салфетками очищаю. Две девочки были в ночнушках, у одной платьице, нашли среди полуразвалившейся спальни. В принципе, дети были в порядке, легкое обезвоживание, пальцы в кровь содраны – это они выбраться пытались. Голодные, стресс сильный пережили, но так в порядке. Без травм.